– Ах, оставьте эти глупости! – незнакомым надменным тоном возмутилась Марина. – У моего отца вполне себе легальный бизнес. Безобидный. У него, как оказалось, три мукомольных предприятия. И прибыль вполне приличная. Меня вчера ознакомили со всеми бумагами. Вы в шоке?
– Скажем, удивлена, – ответила Вика.
– Я была удивлена не меньше. Когда Хлебников мне об этом рассказал, я не поверила. Но он представил мне все документы. Оказывается, отец давно уже этим занимался. И все в рамках закона. А я… Я долгое время подозревала, что все его деньги, дома и квартиры – все это снова заработано преступным путем. Потому и отстранялась. И редко общалась с ним. И сейчас мне от этого очень-очень плохо!
– Послушайте, Марина… – Вика поерзала на жестком сиденье деревянного кресла. – Тем более вам необходимо подумать над тем, кто мог желать вашему отцу и жениху зла. Поскольку это может быть связано с его бизнесом, который вы теперь возглавите. Вам также может грозить опасность и…
– Нет. Витя и папа погибли не из-за этого, – перебила ее Марина. – Я много думала. Вспоминала. Начиная со дня нашего знакомства с Витей.
– Хорошо, – вырвалось у Вики, она подалась вперед. – Что-нибудь вспомнить удалось? Может, есть какая-то мелочь, которая на первый взгляд вам не показалась важной.
– Знаете, ничего, кроме одного разговора, в голову не идет.
Марина обернулась. Вика следом за ней.
От дома – от стеклянных дверей – по аккуратно стриженному газону к ним медленно двигался Хлебников. Черная водолазка почти скрыла все его татуировки. Выражение лица суровое, непримиримое. Он как будто в любую минуту готов был к бою.
– Здрас-сте вам, гражданин начальник, – еле кивнул он, подходя ближе. – Какие-то проблемы?
– А вы, Хлебников, смерть своего товарища не считаете проблемой? – выпрямилась Вика, вжимаясь спиной в спинку кресла. – А я вот пытаюсь найти убийцу.
– Думаете, он один? – свел Хлебников брови.
– Убивал один.
– Это ясно. Но кто стоит за этим?
– Выясняем.
– Мы тоже, – неожиданно признался он. – Но пока глухо.
Вика пожалела, что Хлебников так не вовремя появился. Марина только-только хотела ей что-то сообщить. О каком-то разговоре. Теперь при нем может промолчать.
Но Марина неожиданно не постеснялась своего телохранителя. Как раз напротив, одобрительно улыбнулась ему и указала взглядом на длинную деревянную скамью у мангала. Тот послушно на нее присел.
– Марина, что за разговор вам запомнился? – напомнила ей Вика.
– Да, да, я помню, – перевела та взгляд с Хлебникова на Вику. – Это случилось незадолго до того, как Витя исчез, то есть пропал. Потом его нашли убитым. И, честно, я немного подозревала своего отца в его гибели.
– Они поссорились? – догадалась Вика.
– Разговор был напряженным. Отец о чем-то просил Витю. А тот ему отказал. О какой-то услуге какому-то Петровичу. Честно? Я тогда подумала, что отец склоняет Витю к тому, чтобы тот еще раз угнал машину для кого-то.
– Почему вы так подумали? – спросила Вика.
– Потому что Витя ответил отцу отказом и сказал, что завязал.
Хлебников неожиданно начал проявлять странное беспокойство. Без конца тер затылок и трогал подбородок, словно хотел убедиться, что тот гладко выбрит. И взгляд его сделался глубоким и значимым.
– А поскольку Витя прежде занимался угоном, я и подумала, что отец просит угнать машину для какого-то Петровича.
– И Апрелев ему отказал?
– Да, он был весьма категоричен. Сказал, что на Петровича ему плевать, что делать для него он ничего не станет. Отец отреагировал очень… Очень тихо. И это было много хуже, чем если бы он кричал.
– Что да, то да, – подал голос Хлебников со скамьи. – Когда Саня говорил так тихо и с выражением, жди расправы.
– Вот я и подумала, когда Витю нашли убитым, что это… Что это отец руку приложил, чтобы наказать его. Я почти перестала с ним общаться. – Марина всхлипнула, прикрыв глаза ладошкой. – Но когда так же убили и папу… У меня вообще нет никаких мыслей на этот счет. Кто их мог наказать? Петрович? Так отец был за него. То есть, я хочу сказать, хлопотал за него.
– И вы не знаете, кто такой этот Петрович? Может, это кто-то из его друзей?
Тут уж Вика обратила свой взгляд на Хлебникова. Он сам спровоцировал ее своим беспокойством.
– Что скажете, Хлебников? О каком Петровиче шла речь в разговоре Виктора Апрелева и Александра Ульянова? За кого хлопотал ваш друг?
– Петровичей много, – снова вцепился тот пятерней в свой затылок. – Но тот, за которого бы Саня просил, хлопотал… Мне на ум приходит только один.
– И кто же это?
– Якушев Илья Петрович – авторитетный вор, – нехотя проговорил Хлебников. – Они с Саней свои первые срока мотали вместе. И горой друг за друга стояли. Потом разбежались по жизни. Но уважения не утратили. Так что, думаю, это за него хлопотал Саня.
– А где сейчас этот Петрович? В смысле, живет?
– Адреса точного не скажу, но в Москве или в области точно. Может, он в теме?..
Домой Вика ехала медленно, хотя дорога позволяла набрать скорости. Но размышляя, она любила неторопливую езду.
Итак, что ей удалось выяснить?
