Выслушав донесение, полковник Ханко сказал:
— Это приведет к задержке наступления всей тридцать восьмой армии. Надо захватить его, не дать взорвать…
— Разрешите нам, — выступил комбат старший лейтенант Тарнаруцкий. — Уверен, что справимся.
Полковник согласился. Он знал танкистов третьего батальона как смелых и храбрых воинов, вписавших не одну славную страницу в летопись бригады во время боев на Дону и в Донбассе.
Выполнение боевого приказа комбат Тарнаруцкий возложил на танкистов старшего лейтенанта Чупилко. Это был смелый и решительный командир. Он хорошо ориентировался в любой обстановке, в совершенстве знал тактические возможности танковой техники, сам был хорошим водителем.
Старший лейтенант разработал план захвата моста через Дунаец ночью. Комбат утвердил его.
Ночью дорога к мосту была, что называется, забита колоннами отступающих фашистов. Лейтенанту Чупилко удалось вывести три танка почти к мосту. Из полуоткрытого люка он всмотрелся в ночную темень, увидел длинные обозы и колонны пехоты. Выждав самый удобный момент, он наконец решил: пора.
По рации приказал двум своим танкам, стоявшим неподалеку с приглушенными моторами: «Вперед! Делать то, что буду делать я!».
Загудели моторы, и «тридцатьчетверки» понеслись прямо на врага. С пушек и пулеметов ударили тогда, когда дорога уже была рядом.
А потом затрещали под гусеницами обозы.
Первым выскочил на мост сам Чупилко. Он сразу же на полном ходу перемахнул на западный берег, огнем пушки и пулемета разогнал вражеских солдат, пытавшихся организовать сопротивление. Мост оказался в руках советских воинов.
Но вскоре гитлеровцы опомнились. Их батарея начала обстреливать наши танки со стороны железнодорожной станции.
Снаряды ложились все ближе и ближе. Кто-то корректировал огонь. Не исключена возможность попаданий и вражеской контратаки. Эти и другие мысли молниеносно пронеслись в голове командира роты. И он во второй раз за ночь принимает чрезвычайно смелое решение: атаковать фашистскую батарею в районе железнодорожной станции.
Снова «тридцатьчетверки» рванулись вперед.
Расчеты фашистских пушек разбежались. Уничтожив батарею, пять паровозов, три поезда, танкисты вернулись к мосту и удерживали его целые сутки до прихода наших войск.
Подвиг танкистов гвардии старшего лейтенанта Чупилко обеспечил успешный захват плацдарма на западном берегу Дунайца. 38-я армия генерал-полковника Москаленко своевременно вошла в бой, обеспечила успешное развертывание Висло-Одерской операции.
ИСТРЕБИТЕЛЬ ТАНКОВ. В январе 1942 года наши войска уже заканчивали разгром гитлеровских войск под Москвой. Командир противотанкового артиллерийского дивизиона старший лейтенант Шевченко получил ответственное задание: вместе со стрелковым подразделением пробраться во вражеский тыл и в районе станции Балабановка разгромить большой вражеский гарнизон. Темной ночью советские воины перешли линию фронта, окружили гитлеровцев и полностью их уничтожили. Ни одному вражескому солдату не удалось прорваться из огненного кольца.
Вскоре в районе Малоярославца дивизион попал в окружение. Семь суток мужественно отбивался он от нападающего противника. Гитлеровцы вели жестокий обстрел его позиций, бомбили с воздуха, бросали на него танки. У бойцов батальона не хватало боеприпасов и продовольствия. Но они мужественно отбивали атаки врага.
В жестоких боях приобретался опыт, росло мастерство как истребителей танков, так и их командира. Он был повышен в звании и назначен командиром полка.
Лето 1943 года застало подполковника Шевченко на Курской дуге, где гитлеровское командование намеревалось взять реванш за поражение под Москвой и Сталинградом.
В этом бою полк Шевченко уничтожил 23 вражеских танка, 18 бронемашин и около 600 фашистских солдат и офицеров. Ему было присвоено звание гвардейского. Все солдаты и офицеры были награждены орденами и медалями.
Отличился 315-й полк и в боях на Днепре.
Вскоре Мефодия Леонтьевича назначили командиром артиллерийской бригады. Бригада принимала участие в освобождении Западной Украины, Польши и Чехословакии и закончила свой боевой путь в Праге.
