Таким образом, подводя своеобразный итог, можно с уверенностью отметить, что мадам де Буа-Траси пользовалась всеми хитростями и премудростями, известными в то время, чтобы обрести удовольствия и благополучие, которого возможно вполне заслуживала, но. невзирая на столь изысканное очарование юной особы, в полной мере добиться желаемого ей так и не удалось. В этой гонке за наиярчайшими впечатлениями, за неземной любовью, за чем-то необыкновенным, чего, порой, она даже сама себе не могла объяснить, Камилла растеряла свежесть восприятия, чистоту обнаженной души, утратив надежду на создание добрых отношений в семье.
Камилла все больше отдалялась от мужа, чьи настоятельные требования, о том, что она обязана произвести на свет наследника, тяготили. И как вы понимаете, в отличие от супруга, молодая женщина не сильно переживала по этому поводу. Порхая с цветка на цветок, уклоняясь от страданий и серости будней, у неё лишь хватало времени на самолюбование. Она хороша собой, пользуется успехом у мужчин, да и сама весьма благосклонна к кавалерам. А полученное удовольствие от встреч с многочисленными возлюбленными и удача проведенной интриги вполне компенсирует, как ей казалось, отсутствие детей и скрасит прочие как мимолетные, так и серьезные проблемы.
Вот как выглядела особа, весьма неожиданно, ворвавшаяся в наше повествование, оправдание чему, вполне возможно отыскать в столь подробно изложенном выше описании. Хотя, на наш взгляд, достаточно того, что сия персона, являлась одной из немногих, кому мадам де Шеврез могла доверить свои самые сокровенные тайны, которой мушкетер по имени Арамис вверил своё сердце, и которая могла столь серьезно озадачить грозного герцога Ришелье. Но «амурные» дела графини, мало занимали кардинала, больше являясь поводом для анализа возможных политических козней и альянсов с тем или другим вельможей, подвергшимся вероломному флирту мадам де Буа-Траси. Совсем другое дело близость, и не только родственная, с ненаглядной кузиной де Шеврез, весьма существенно заботившая первого министра. Именно последнее обстоятельство, давало кардиналу право, считать молодую графиню фигурой соответствующей всем требованиям посланника в аббатство Жюмьеж.
Отдав нужные указания Ля Шесне, кардинал, наверняка, не представлял, насколько вплотную приблизился к разгадке в «Деле Бекингема», хотя доклад верной «ищейки», доказывал как раз обратное. Ля Шесне, вернувшись с новостью о том, что Её Сиятельство графиня де Буа-Траси, не покидала своего особняка, положил конец сомнениям «Красного герцога». Было совершенно очевидно – «в Жюмьеж следует ждать де Шеврез». Но обстоятельства сложились совсем иначе, чем представлял первый министр, и даже чем задумали королева и её верная герцогиня.
Итак: как вы помните, в тот день, когда господин Арамис вознамерился отправиться, вместе с господином Атосом в порт Гавр, мушкетер встретился с мадам де Шеврез, от которой получил конверт, предназначенный для человека избранного заговорщиками сопровождать мадам де Буа-Траси в аббатство Жюмьеж. Слуга, шевалье Д'Эрбле, которого чаще называли Арамисом, неутомимый Базен, взялся доставить сие послание, и следует заметить блестяще продемонстрировал свои курьерские навыки, без задержки, вручив письмо господину Портосу. Да-да, именно Портосу, который извлек из розового конверта с вензелем и голубками, два, сложенных вчетверо листа бумаги. Первое послание предназначалось графине де Буа-Треси, где сообщалось место и время встречи британского герцога. Второе содержало подробные инструкции для мушкетера, миссия которого заключалась лишь в том, чтобы передать письмо графине, а затем сопровождать и охранять её, даже ценой собственной жизни, по дороге в указанное аббатство.
Но, как вам известно, сему не суждено было случиться, так как месье Портоса остановил удар шпаги господина де Бернажу, во время дуэли на Пре-о-Клер, славноизвестном лугу клерков, где в присутствии секундантов, господ де База и де Плешо, гвардеец Его Преосвященства, нанес неприятную, но не смертельную рану мушкетеру Его Величества.
Всё то, что человеку не удаётся предугадать, втиснуть в ряд им же выстроенных, а значит предусмотренных событий, он, как правило, относит к Высшим Силам – обозначая их как: Провидение, Фатум, Мойра, Клото, Лахесис, Силой управляющей миром, Его Величество Случаем, и множеством иных терминов включающих в себя систему самоопределения человека в его отношении к целесообразности развития и смыслу бытия. Удар шпаги месье Бернажу, несомненно, следовало бы причислить к влиянию этих магических Сил, так как ни один из участников кровавого действа не мог даже представить, какой шлейф невообразимых случайностей повлечет за собой сия нелепая глупая дуэль.
ГЛАВА 17 (76) «Гавр»
ФРАНЦИЯ. НОРМАНДИЯ. ГОРОД ГАВР.
