Стоя там, снять одежды; омыться заранее приготовленной талой водой, только-только доставленной с горных ледников; натереться благоуханными бальзамами из масел далёких душистых пальм Южного Континента – масел, собранных в строго высчитанные, раз в столетие случающиеся дни, когда деревья эти впитывают в себя всю щедро расточаемую Ялини силу, – они одни из всех зелёных растущих созданий способны отдавать другим царственный дар богини.
Прочесть… произнести… воззвать… и проделать ещё немерено скучных ритуальных действий, прежде чем окончательно померкнет день и великая ночь властно заглянет в окна. Пусть к тому времени и ноги, и спина затекли и онемели от неподвижности, пусть смертельно хочется пить – когда угасает последний солнечный луч и Тьма до времени становится полновластной хозяйкой земных пределов, тогда откроется дверь, в заклинательный покой осторожно, бочком, протиснется Гормли и встанет у северного луча пентаграммы. Встанет, кинет один быстрый взгляд на Трогвара – можно ли начинать? – и, получив утвердительный кивок Крылатого Пса, осторожно откроет сложенные до этого коробочкой ладони.
И вспыхнет свет, тонкий язычок живого, но холодного пламени забьётся на заскорузлой, бугрящейся мозолями руке привратника. Он осторожно склонится над золотым зеркальцем, отражённый полированным металлом луч упадёт на плавник левиафана… и тогда начнутся настоящие превращения.
И всё произошло именно так, как и представлял себе Трогвар. Не знал он одного – каким путём пойдёт магический луч, отразившись от солнечного зеркальца. Символу какой из трёх оставшихся стихий выпадет стать проводником Трогвара в мир давно ушедшего прошлого. Здесь крылось также и предсказание: орлиный пух, знак Воздуха, предвещал удачу и лёгкость, морской плавник – туманность и запутанность предстоящих видений, ну а осколок Земной Кости мог предвещать трагедию и смерть…
Гормли медленно развёл сложенные коробочкой ладони, осторожно наклонился над лежащим зеркальцем, приблизил к нему пламенный язычок…
Трогвар произнёс первые слова Силы. Всю свою новообретенную за месяцы учения мощь он посылал вперёд, навстречу неисчислимым ратям незримых Духов Света. Точно пастыри, должны были они сейчас собирать и гнать сюда, к зачарованной пентаграмме, все оставленные миром Большого Хьёрварда следы во Всеобщем Эфире.
Лучик света отразился от золотого зеркальца… и внезапно заметался, словно выбирая, на что указать. Поражённый Трогвар замер, не зная, что предпринять; ни о чём подобном они с учителем не говорили. Остолбенел и Гормли, а луч, внезапно растроившись, одновременно указал на все три символа стихий.
Пронёсся тяжёлый протяжный вздох, словно вырвавшийся из утробы самой Матери-Земли; все три символа стали овеществляться, превращаясь в странные подобия живых созданий.
– Не останавливайся! – крикнул замершему Трогвару Гормли. – Не останавливайся, иначе всем нам конец!
И Трогвар, заставив себя не обращать внимания на жуткие создания, что ползали каждое по своему углу луча, произнёс вторые слова Силы, отправляя навстречу Духам Света армию Духов Морской Стихии.
Луч от золотого зеркала больше не метался и не дрожал, неведомым образом делясь натрое, давая силы и пробуждая к жизни символы всех трёх составляющих земной плоти. Что же будет, когда Трогвару придёт черёд спускаться в мир теней прошлого? Кто из троих Поводырей поведёт его? Учитель, Учитель, что же ты молчишь?!
Ты должен справиться сам, пришёл неумолимый ответ. И вновь молчание, что страшнее самых чёрных пророчеств…
Третьи слова Силы. Свет, Вода, к ним присоединился Воздух. А тем временем крошечный левиафанчик, гротескный орёл размером с цыплёнка и чёрная блестящая подземная змея мало-помалу всё дальше и дальше выползали из своих углов, выказывая явное намерение сойтись в центре пентаграммы… Что случится тогда, Трогвар боялся даже предположить.
– Скорее! – не выдержал Гормли. – Третьи Слова, господин, третьи Слова!
Сил для произнесения очередной части заклятья было ещё недостаточно, однако Трогвар рискнул, понимая, что ждать нельзя. Если Символы Стихий столкнутся здесь, на полу заклинательного покоя, то скорее всего от Красного замка не останется даже фундамента.
Четвёртые Слова заставили подчиниться воле Трогвара мириады Духов Земли. Тем временем над башней бушевал уже самый настоящий шторм. Легионы призрачных видений сталкивались и перемешивались, без порядка и очерёдности пригнанные сюда по слову нового Хозяина. Если немедленно не послать к ним Поводыря…
В окна плеснуло багровым. Последнее предупреждение – потоки магических энергий и без того свёрнуты в слишком тугой клубок, чтобы затягивать его ещё больше.
– Последние Слова! – выкрикнул Гормли, его большой шишковатый череп уже лоснился от пота.
