Эта «гласность» уже внедрялась полным ходом. Журналистам центральных газет (подконтрольных Яковлеву) был дан «зеленый свет» на темы, которые прежде считались запретными. Появлялись новые «смелые» телепередачи, их смотрели во все глаза. Лигачев, еще горевший либеральными замыслами, провел на пост главного редактора журнала «Огонек» украинского деятеля Виталия Коротича. В 1969 г. его уже снимали с должности секретаря Союза писателей Украины за покровительство националистам и диссидентам. «Огонек» под его руководством стал «знаменем перестройки», публиковал самые «острые» материалы, критикующие жизнь в СССР, а западный мир оказывался примером для подражания. Столь же «смелыми» стали «Московский комсомолец», «Московская правда», «Литературная газета».
Нарастал поток «негатива». Выплеснулись публикации об «узбекском деле», о коррупции. Но раздувание этих скандалов (особенно для советского человека, совершенно непривычного к таким откровениям, не имеющего ни малейшего иммунитета к информационным манипуляциям) создавало атмосферу пессимизма и общего критиканства. На экраны вышел сенсационный для СССР документальный фильм Юриса Подниекса и Абрама Клецкина «Легко ли быть молодым» – о проблемах молодежи. Патриотические и коммунистические настроения выставлялись в карикатурном виде. Зато авторы очень сочувственно показали бездуховных циников, пошляков, панков, кришнаитов, наркоманов, самоубийц. Фильм удостоился Государственной премии СССР, самых престижных призов в Каннах, в США, премии «Ника».
Массовое сознание стало мутиться. Прежние ориентиры зашатались или уже признавались ложными. Вместо них пропагандировались какие-то новые ценности, которые прежде осуждались. В этом тумане стали рождаться общественные организации. Причем первыми заявили о себе патриоты. Их было больше. Историко-культурное объединение «Память» так и продолжало существовать с празднования 600-летия Куликовской битвы. А теперь оно быстро стало обрастать единомышленниками, превращаясь в русское национальное движение. Но… патриоты были ослеплены и обмануты. Процессы разрушения Советского Союза они восприняли в позитивном ключе – как открывающийся путь к возрождению исторической России.
6 мая общество «Память» впервые провело в Москве несанкционированную демонстрацию на Манежной площади. Но выступило в поддержку перестройки! Против ее «саботажников»! И эту демонстрацию никто не разгонял! Активисты «Памяти» добились, что их принял первый секретарь Московского горкома КПСС Ельцин, внимательно выслушал, пообещал учесть их пожелания! Они окрылились – и при этом Ельцин приобрел репутацию настоящего «патриота». Впрочем, и «демократа» тоже, в путаницах 1987 г. эти понятия еще не противопоставлялись. 11 августа Моссовет по инициативе Ельцина принял «Временные правила» организации и проведения митингов и демонстраций в столице. То, что до сих пор было категорически нельзя, стало вдруг можно – подавай заявку, регистрируйся, и пожалуйста!
Но в действительности до патриотов никому дела не было. Никто в руководстве на них не обращал внимания. «Гласность» направлялась совсем в другое русло, отнюдь не патриотическое. 20 августа в Москве собрались представители 47 «инициативных общественно-политических групп». То есть диссидентских тусовочек. Провозгласили, что создается «движение неформалов». И вот эти-то жиденькие кружки, представлявшие неведомо кого (в отличие от многочисленной «Памяти»), были восприняты в качестве «общественности» и за границей, и в партийных кругах. А «первая ласточка» «неформалов» вспорхнула уже 23 августа. По городам Прибалтики прошли митинги протеста против… пакта Молотова – Риббентропа. Почему? Да потому что именно этот договор признал Прибалтику советской сферой влияния. Если объявить его «преступным», то и выводы следуют соответствующие.
Но и эти митинги никто не разгонял, не сажал их организаторов. Потому что они действовали в одной струе с идеологами ЦК КПСС, с командой Яковлева. Главной мишенью «гласности», как и при Хрущеве, был выбран Сталин. С самого начала «перестройки» пошли вбросы, что он исказил принципы «ленинской демократии», «ленинский» план построения социализма. А сейчас из него лепили козла отпущений во всех бедах Советского Союза. Вышел роман Анатолия Рыбакова «Дети Арбата».
Описывал он совсем не простую советскую молодежь, а детей большевистской элиты, связанной с Бухариным, Каменевым, Зиновьевым. То, что знал сам. Разумеется, вовсю поливал «сталинизм». Но идеологический отдел ЦК раскрутил роману беспрецедентную рекламу. Даже в армейские парторганизации шли указания изучать его, проводить обсуждения! Кстати, Иосиф Бродский, которого трудно заподозрить в симпатиях к сталинизму, в интервью радио «Свобода» на вопрос о нашумевшем романе назвал его «макулатурой» – и не более того. Но Рейган оценил иначе, он заявил: «Мы рукоплещем Горбачеву за то, что он вернул Сахарова из ссылки, за то, что опубликовал романы Пастернака “Доктор Живаго” и Рыбакова “Дети Арбата”». Многозначительно, от кого исходит похвала!
