Сейчас имя давно расшифровано, это протоиерей Александр Шаргунов. Священнослужитель довольно странный. Состоял в Русской православной церкви, но хаял ее как «советскую», советовал Рябову обращаться только к зарубежникам. А впоследствии очутился в КПРФ вместе с Зюгановым. Сын священника, депутат Думы Сергей Шаргунов известен резкими выступлениями против убитого государя и его близких. В многочисленных воспоминаниях он рассказывал, что рос среди «костей», что его отец привел какую-то иностранную журналистку и раскладывал напоказ перед ней «царские мощи».
А Рябов начал с того, что опубликовал в журнале «Выбор» свой очерк об уничтожении царской семьи. Главным редактором журнала был Виктор Аксючиц. В будущем – помощник Немцова, который в 1998 г. организует фальшивые похороны царской семьи в Санкт-Петербурге. В дальнейшем Аксючиц станет одним из самых ярых апологетов признания подложных останков. Другой, главный очерк, цитирующий «Записку Юровского» и извещающий о находке, Рябов решил отдать в «Юность». Один из самых «продвинутых» перестроечных журналов наряду с «Огоньком». Но тут вышла накладка. Советская пресса вовсю честила Сталина и жалела «врагов народа». Однако тема цареубийства казалась еще слишком опасной. «Юность» побоялась публиковать очерк.
Тогда Рябов отдал его в журнал «Родина». Что выглядело более чем непонятно. Если даже «Юность» не взяла! А «Родина» была дочерним изданием «Правды», главного органа ЦК! Но решение принял главный редактор «Правды» Виктор Афанасьев. Это был выдвиженец Яковлева и Суслова, еще в 1968 г. поставивших его заместителем главного редактора «Правды», потом главредом журнала «Коммунист» – а сейчас он снова работал под началом Яковлева. Он начертал резолюцию, что материал обязательно нужно опубликовать [141, с. 171]. Очерк еще находился в редакции, и о нем никто посторонний как будто не знал, но к Рябову обратился кинорежиссер Карен Шахназаров. Сын советника Горбачева Георгия Шахназарова – автора масонской статьи в «Правде» о необходимости «нового мирового порядка». Предложил написать сценарий фильма о цареубийстве.
Впрочем, даже сценарий, написанный по мотивам «Записки Юровского», где палачами выступают «русские рабочие», начальство отвергло. Все равно получалась виноватой коммунистическая партия, а она находилась у власти, Горбачев все еще провозглашал «истинный ленинизм». В результате Шахназаров взял другой сценарий. В фильме «Цареубийца», вышедшем в 1991 г., главным злодеем выступает сумасшедший. А интерес к публикации Рябова был искусственно подогрет. У него взяла интервью одна из самых популярных газет, «Московские новости». В № 16 от 12 апреля 1989 г. оно вышло под заголовком «Земля выдала тайну», и в качестве «доказательства» был приведен снимок одного из безымянных черепов. Якобы «царский»! И тут же последовал очерк, он вышел в «Родине» в двух частях, в апреле и мае [140].
После этого тема стала раскручиваться. Летом в ВТО были устроены вечер и выставка в память царской семьи – Рябов на ней демонстрировал фотографии найденных костей. Интервью у него взяла популярнейшая в то время телепрограмма «Взгляд». Через священника «отца А.» Шаргунова он оповестил о своем «открытии» Православную церковь заграницей. Рябов пытался втянуть в дело и Русскую православную церковь, напросился на прием к патриарху. Но здесь у него ничего не получилось, Патриархия на соблазн не клюнула. Сотрудник, которому было поручено беседовать с Рябовым, назвал его находку «сомнительным материалом» [141, с. 186–187].
Зато замелькали встречи с эмигрантами, иностранцами, деятелями культуры, просто проходимцами, последовал звонок от «императорского высочества» Владимира Кирилловича, расхвалившего «открытие». Вместе с Анатолием Ивановым Рябов начал снимать фильм «Претерпевшие до конца» – о гибели царской семьи и великих князей. Разумеется, в версии «расстрела русскими рабочими», с «захоронением тел» в Поросенковом логу. И с тщательными опровержениями версии Соколова об оккультном жертвоприношении. Но в воспоминаниях Рябова опять обнаруживается множество нестыковок. Он, например, рассказал, как его в 1988 г. пригласили в ЦК, предложили изложить все письменно, для Горбачева. Он изложил и был разочарован: ждал, ждал, а никакой реакции не последовало…
