Надо было помыться и уходить, но не то ни другое не представлялось возможным. Поэтому я снова легла в вязкую жижу и обняла Колотуна. Так я пролежала с час. Потом встал Амо. Он быстро надел брюки. Я тоже вскочила, пытаясь прикрыться, но прикрыться, кроме рук Колотуна было нечем.
– Ты голая, – сказал Амо.
– Я уже поняла, – ответила я.
Он стащил какую-то тряпку с кровати и протянул мне. Я закуталась в неё. Он включил чайник и сел у стола. Я села рядом.
– Ну как? – спросил он.
– Небесно, – соврала я.
– А у меня полный отстой.
– По-моему у тебя две было…
– А у меня кроме этих двоих и ещё табуна больше ничего не было. С работой косяк.
– Какой?
– Не берут нигде.
У меня мелькнула шальная мысль, что я могу… Я буду с ним. Хотя бы работать, но зачем мне большее?
– Я могу устроить в Башню. Я поговорю с Ладой.
Видимо в его хмельном сердце ещё осталась какая-то гордость. Он выпрямился, строго на меня посмотрел, потом сказал:
– Нет, спасибо. Я уже договорился.
– Мне не сложно. Мне только сказать.
– Чё пристала? Сказал же – не надо.
В дверь громко постучали. Амо открыл. На пороге стояли вахтёры.
– Что это такое? – спросили они.
– Это девчонки из других комнат, – ответил Амо.
– Вы из какой комнаты? – спросили меня.
Я растерялась. Сказать, что я не из общежития – значит, подставить Амо. Их же тогда выкинут взашей.
– Из 346, – ответила я.
– У нас нет такой комнаты, – сказал один вахтёр.
– Никому не уходить, сейчас придут опера, – ответил другой и куда-то пошёл.
– Дайте, девушки оденутся, – сказал Амо вахтёру.
Он кивнул и остался за дверью.
– Быстро одевайся, – крикнул на меня Амо.
Я натянула джинсы и куртку, подобрала свитер. Где всё остальное, я не знала. Амо открыл окно. Я села на подоконник. Хотя был всего первый этаж, я боялась.
– Амо, я не могу, – прошептала я.
– Через не могу, – ответил он.
Пока я решалась, Амо толкнул меня. Упала не больно. Только ногой слегка ударилась. Ударилась, а потом подумала, что мой сосуд, наверное, почти раскрошился.
Весь месяц мне приходилось читать проповеди Влада и Златы в эфире. Меня это жутко бесило, пока я ни получила первую зарплату. Она оказалась больше в три раза. Я посмотрела на эти деньги и подумала… что Влад не такой уж плохой мужик. Нет, реально. А что это я на него так взъелась? Подумаешь, эксперимент провёл!
– Приятно? – спросила Лада.
– Я не думала, что получу столько!
– Смотри, про эксперимент не забывай.
А я и забыла. На следующий день. Прониклась к этим двоим такой великой симпатией. Как будто, ей Богу, именно в них вся честь и совесть страны.
Последние годы учёбы я была счастлива. Я получала столько, сколько не могла и вообразить, однако спустя полгода, поняла, что получаю крайне мало. Меня перестало волновать, что мне приходится читать речи Вадима и Златы. Хотя, не скрою, сначала они были довольно тупыми. Как вам слоган «Сказал-сделал». Во-первых, что сделал-то? Школу построили иди завод развалил? Или сказал, что ничего не сделаю, и ничего не сделал. Во-вторых, что сказал? Сказал: «Все женщины Владивостока будут ходить в паранже» или «Украду из бюджета 22 миллиарда». Тут уж, извините, лучше не сделай.
Где-то к концу пятого курса к ним присоединилась Айдия.
Помню, сидят они с Веркой, что-то обсуждают шепотком. Глаза горят, руками машут, улыбаются. Я к ним подошла:
– Скажите мне.
Они глаза потупили.
– Да, так, погода хорошая.
И смеются.
– Да, ладно, девки, чё за Влада речь?
– За Влада, – многозначительно сказала Айдия.
– Предлагает нам поучаствовать в проекте. Я не знаю, как он называется, такое длинное дурацкое название. Они его называют «Едим Россию».
Я тут смекнула, чай и мне чего-ничего перепадёт, решила предложить свои услуги.
– А в чём суть проекта?
– В общем, ни в чём. Надо только подготовить почву для объединения.
– С кем?
– С нами.
– Для чего?
– Для борьбы с терроризмом.
– И коррупцией, – добавила Вера.
Хоть убей, я не понимала, как эти четыре идиота смогут бороться с терроризмом и коррупцией, если объединятся и с ними объединятся ешё несколько дураков.
– А вообще, ты знаешь, я не хочу всю жизнь перебиваться на копьях, – сказала вдруг Айдия, – здесь есть перспективы роста и самовыражения. Я хочу что-то значить в этой жизни. И я верю в этих людей.
Вера поддакнула.
Через некоторое время они стали ходить втроём – Айдия, Злата и Влад. А ещё, может, прошло месяца три, к ним присоединилась Вера и ещё пять человек, которых я не знаю. Я только знаю, что эти люди были очень богаты. Все они носили дорогие костюмы и я, да простят меня все, кто знает, что с нами стало, я им безумно завидовала. Когда они заходили к нам в башню своей огромной толпой, я им улыбалась улыбкой такой ширины, которая не умещалась в лицо. Я купила специальную кофеварку, для того, чтобы они приходили почаще именно за моим кофе. Я всё ждала, когда они мне предложат войти.
– Не вздумай напрашиваться сама, – сказала мне однажды Лада.
Она заметила, каким благоговейным взглядом я смотрю на эту компанию. И перебила меня, когда я начала подводить к моему членству. Потом отвела меня в сторону. Я была злая, хотела послать её и продолжить.
