– Ну и ладно, нам с тобой по небу всё равно не гулять, – равнодушно ответила я.
Ответила и поняла, что с ним да, не гулять. А с Амо! Я миллионами ночей. Каждую ночь! Я напрасно представляла, что когда-нибудь он поймёт, что по облакам можно ходить только со мной? Напрасно!
Я налила себе в стакан его гадости и выпила залпом. Потом поставила две тарелки. Для себя и него, налила борща.
– Ешь, – сказала я.
Я надеялась, что он, в очередной раз откажется, тогда я заявлю, что мужчина, который не собирается есть мою стрепню, мне не нужен. И дело было не в борще. Просто он мне не нужен. Почему я терплю, что он приходит? Потому что неприлично, если к женщине не приходит никто. Почему он ко мне приходит? Потому что у меня есть кровать, а большее он найдёт в другой раз.
– Ты же знаешь, я не люблю борщ, – ответил он.
– Давай ешь, а то опять с тобой пьяным всю ночь возиться.
Только я собиралась сказать свою заготовленную фразу, как он улыбнулся:
– Ты права, я голодный, как волк.
И равнодушно, как будто ему было всё равно, что есть и с кем спать, стал есть. Он разлил нам в стаканы свой противный портвейн. Встал в торжественной позе и произнёс:
– Ну, за то, чтобы у нас с Амо всё вышло.
Я улыбнулась, потому что в таких случаях принято улыбаться, и чёкнулась с ним. Колотун пригубил и зачерпнул ложкой борща.
– А он, и вправду, неплох, – сказал Колотун.
Я же осушила стакан до дна.
– Слушай, а зачем вам эта Гидра? – спросила я.
– Халтурка подвернулась. Денег намоем.
– Много хоть денег?
– Ну, уж больше, чем мы не зарабатываем сейчас.
– Будете идти и про вас все будут говорить, что вы уроды тупые.
– Нет. Мы будем идти, и все нам будут говорить: «Что вы желаете?» И, какую бы фигню мы ни пожелали, все будут нам её давать…
– А потом отворачиваться и говорить: «Ну и козлы».
– А потом отворачиваться и говорить: «Как повезло этим козлам».
Я снова налила себе портвейна и снова его осушила.
– Лохи вы с Амо, – сказала я.
– … а, ну всё, два стакана – твой предел.
– Лохи. Я вот тоже получаю от Гидры деньги. Но только она сама мне их приносит. А вы, лохи, вы становитесь её рабами. Вы лохи. Ло-хи.
– Во-первых, ты уже пьяная, иди спать. Во-вторых, ты такая же раба Гидры, как и все, ну и, в последних, деньги не пахнут.
Я долго не понимала, почему меня бесит Колотун. Поняла только сейчас. У него ж ничего нет. Вот такой равнодушный человек. Надо поваляться в грязи? Поваляется – ни впадлу. В сущности, чем грязь отличается от золота? Химическим составом. А так, тоже какая-никакая материя.
Я снова налила себе портвейна. Вкус его больше не был таким гадким.
– Если я попрошу, ты сделаешь?
– Ой, только не надо этих пьяных просьб!
– Сделаешь или сейчас же пойдёшь, куда хочешь, и я тебя не знаю?
– Фрида, иди спать!
Он взял меня за локоть. И мне стало омерзительно от того, что он берёт меня за локоть.
Я одёрнула его.
– Или сделаешь или иди, куда хочешь. Понял?
– Да понял я, что ты в плохом настроении.
Я подошла к двери, распахнула её.
– Всё, вали отсюда.
Он засмеялся и принялся доедать борщ. Меня это так взбесило, что я подошла, опрокинула тарелку на него.
– Или сделаешь или пошёл…
И тут в моём мутном сознании проскользнуло, что он сейчас выйдет из себя и двинет мне по лицу. Да, безусловно, можно стерпеть всякое, но нельзя стерпеть, когда на тебя опрокидывают борщ. Но, вопреки моим ожиданиям, он встал, бурча что-то типа «дура, что ты наделала», направился в ванную.
Я громко засмеялась.
– Понял, да? Понял что мне надо? Или сделаешь или вали к чертям! Вали на хрен…
Он вышел из ванны с огромным мокрым пятном.
– Вот дура, тебе ж всё это завтра убирать…
А я всё не унималась.
– Ну, Колечка, ну, сделай! Ну не впадлу.
– И что тебе надо?
– Скажи Амо, чтобы не шёл в эту Гидру. Скажешь, да? Ну, пожалуйста.
– Скажу. И он не пойдёт, потому что ты попросила? Кто ты ему такая?
– Я буду с ним ходить по облакам.
– Не будешь.
– Буду. Ещё как буду. Он мне про троллей будет рассказывать. Знаешь, тролли, они…
– Что ты несёшь? Какие тролли?
– Какого ты так говоришь, что б тебя..?
– Да ты ему на хрен не нужна.
– Нужна. Я ему очень нужна, как он мне.
– А я что тут делаю?
– А хрен тебя знает. Припёрся зачем-то…
– Короче, спи, завтра поговорим.
Он расстелил мою кровать, лёг. Я тоже завалилась рядом. Он понял, что от меня требовать что-либо бессмысленно. А на то, что я буду лежать рядом одетая, ему было плевать. Так и заснули.
Завтра я проснулась не только с больной головой, но и с чуднЫми воспоминаниями о вчерашнем вечере. Мне было неловко смотреть на Колотуна.
– Что передать Амо?
Меня от этого вопроса передёрнуло. Главное, он был задан таким ничего не выражающим голосом, как всё равно что Колотун спросил, что мне купить в магазине. Но не ответить я тоже не могла.
– Передай, если у него проблемы, я могу денег занять или пустить пожить. Ему незачем вступать в Гидру.
Колотун засмеялся:
– Странно ты думаешь о Гидре. Как будто это напасть какая-то. Большая часть рада, что удалось туда пристроиться.
– Я знаю. А впрочем, не разговаривай с ним. Я сама.
