Я пожала плечами. Ответа у меня не было — блоки нужно было соединить, вот я их и связала тем, что пришло в голову. Да не так уж и плохо выглядело получившееся плетение. Во всяком случае, оно работало. Я улыбнулась.
— Зря радуетесь, — совершенно правильно понял меня Ли Си Цын. — Плетение должно быть гладким, в противном случае оно становится заметным куда более слабым магом. В частности, ушедшему штабс-капитану Волкову не составило бы труда вас обнаружить, ежели бы полог был вот этот.
Он пренебрежительно ткнул пухлым пальцем в злополучный бугор и невоспитанно фыркнул.
— Чему вас только Фаина Алексеевна учила? — продолжил он наставление.
— Ничему, — буркнула я. — Ничему она меня не учила.
— Не преувеличивайте, барышня, — не поверил Ли Си Цын. — Сильные маги — основа любого клана. Ни за что не поверю, чтобы вашим образованием никто не занимался.
— И тем не менее никто не занимался, — сухо ответила я, оскорблённая подозрением во вранье. — Владимир Викентьевич делал упор на контроль.
— Владимир Викентьевич?
— Звягинцев, целитель Рысьиных, я у него жила после смерти мамы.
Ли Си Цын пару раз хлопнул рукой по столу, словно пытаясь ухватить ускользающую мысль, и выдал:
— Такое чувство, что вы что-то не договариваете, Елизавета Дмитриевна. Если Фаина Алексеевна не желала вас обучать и собиралась как можно скорее выдать замуж, значит, она делала ставку только на ваших детей. Но почему?
Потому что она знала, что внутри не её внучка, внезапно с ясностью поняла я. Родня по крови, но не по духу. Кто знает, какие на самом деле были отношения между внучкой и бабушкой? Возможно, когда между ними не стояла неугодная невестка, там всё было не так плохо, как мне старательно хотели показать. И тогда…
— Впрочем, мне нет дела ваших секретов, — неожиданно сказал Ли Си Цын. — Вместо этого бугра должно быть такое. — Он изобразил на листе бумаги небольшую закорючку с петельками. — Замените. Попробуйте сделать это не развеивая.
Менять не развеивая оказалось куда сложнее, чем выплетать с нуля. Я опять пожалела, что у меня так мало пальцев: очень сложно одновременно удерживать распадающееся плетение и создавать новую связку. В результате я провозилась почти минуту и поднимала взгляд на Ли Си Цына уже безо всякой гордости, уверенная, что получу пару едких фраз о своей никчёмности как мага. Но на удивление взгляд нынешнего моего учителя был отнюдь не пренебрежительный, а задумчиво-оценивающий.
— А тому плетению, которым вы крэга пришибли, вас кто научил?
— Я сама научилась по учебнику для армии.
Ли Си Цын закашлялся, явно поперхнувшись моим ответом. Потом покрутил головой, этак осуждающе и пробурчал:
— Не понимаю мотивов Фаины Алексеевны.
Придвинул к себе телефон, снял трубку и покрутил ручку. Коротко бросил в трубку: «139» и застыл в ожидании ответа. Пока он от меня отвлёкся, я на всякий случай развеяла плетение и создала его заново, акцентировав внимание на проблемном узле. В этот раз получилось лучше и быстрее, чем в прошлый. Обрадованная, я опять развеяла и опять создала, уложившись в пять секунд. Пальцам теперь было достаточно лишь намёка на движение, чтобы из-под них выходила настоящая музыка. Музыка магии. Я огляделась. Здесь же плетений не на один концерт! Пока буду готовиться к экзаменам, непременно выучу ещё что-нибудь полезное.
— Добрый день, Арсений Петрович. Я к вам с просьбой. — Ли Си Цын говорил через паузы, явно ведя диалог, вторую часть которого я не слышала. — Я придумал, что с вас взять в уплату. Вы же в курсе моих проблем с жителями Поднебесной? Да, да, опять прислали. В этот раз девушка захотела у нас учиться. Нужна справка об экзаменах за гимназический курс. Нет-нет, что вы, уважаемый Арсений Петрович, разве я могу обратиться к вам с такой просьбой? Девушка будет сдавать экзамены по-настоящему. Более того, я прошу о сдаче через артефакт. Насколько дороже? Разумеется, я оплачу. И могу я просить, чтобы девушка пожила у вас перед экзаменами? Да, да, слишком серьёзные проблемы. По-русски говорит, разумеется. Тогда я её немедленно к вам и отправлю. Благодарю, Арсений Петрович, вы меня очень обяжете.
Ли Си Цын положил трубку и насмешливо на меня посмотрел.
— Ну что, Елизавета Дмитриевна, сейчас я вас учу вас плетению иллюзии и у вас будет замечательная возможность его постоянно тренировать, пока вы живёте у Арсения Петровича Белочкина. Добрейшей души человек, да.
— То есть вы сейчас договаривались обо мне? — поразилась я. — Но зачем мне справка на имя Ксиу? Что мне с ней делать?
— При сдаче через артефакт справка выдаётся не именная. Вы думаете, я зря договаривался именно о такой? — чуть приподнял он уголки губ, обозначив улыбку. — Облегчаю вам дорогу к знаниям, ибо про получение именной справки Рысьины сразу узнают.
— Я собиралась получать на другую фамилию. У меня и направление на другую.
— Не стоит недооценивать Фаину Алексеевну. У вас же документы не фальшивые? С фальшивыми вы никуда не поступите.
— Не фальшивые, но не на звериную фамилию.
— Вы так уверены, что Фаина Алексеевна её не знает? — усмехнулся Ли Си Цын.
