Гиперборейские тайны Руси полностью

Последнюю большинство этимологов и топонимистов упорно пытается вывести из балтийских языков (и делает вывод, что центральные области России, включая Москву и Подмосковье, первоначально были заселены предками современных прибалтов). Эта сомнительная гипотеза может иметь право на существование, только если принять во внимание, что в отдаленную эпоху балтийские языки и их носители были недифференцированы в составе единой индоевропейской этнолингвистической общности. Поэтому и многие корни у современных балтийских и славянских языков общие. Но было бы странно утверждать, что гидроним Таруса балтийского происхождения на том основании, что в Литве есть речка со сходной вокализацией – Тарушкай. Корневая основа «тар» вообще наидревнейшего происхождения, и слова на ее основе можно встретить в любом современном индоевропейском языке.

Напротив, в самом Балтийском регионе, еще тысячу лет назад густо населенном балтийскими славянами, впоследствии полностью уничтоженными или ассимилированными в ходе немецкой и католической экспансии, – повсюду остались славянские топонимические и гидронимические следы, в том числе и с корнем «рус». Он сохранился даже в названии цитадели германской государственности и милитаризма – Пруссии, – образованном от первоначального наименования данной исконно славянской территории – Поруссии (по другим вариантам – Боруссии). Также и в Прибалтике повсюду встречаются русские топонимы: Расеняй (Росины) – в Литве, Рига[48] – в Латвии и др.

Этот санскритский корень положен в основу священного индийского имени Рама. Так звали благародного царевича из древнеарийской династии Икшваку, ставшего героем величайшего эпоса «Рамаяна», принадлежащего легендарному мудрецу Вальмики. В центре сюжета «Рамаяны» – грандиозная битва. Рама, его сподвижники и помогающий им сверхсовершенный обезьяний народ сражаются с сонмищем ракшасов (кровожадных демонов) и их предводителем десятиглавым Раваной, похитителем Ситы – блистательной жены Рамы. В общих чертах сюжет с похищением чем-то напоминает «Руслана и Людмилу».

Символом полярной прародины в арийской традиции выступала золотая гора Меру, которая располагалась на Северном полюсе и являлась центром Вселенной. Она упоминается во всех древнеиндийских сказаниях. В окрестностях полярной горы обитали не одни только могущественные боги, но и другие удивительные существа. Среди них целый «обезьяний народ», мудростью своей и могуществом не уступавший самим небожителям. К нему и принадлежал Сугрива – тот самый царь обезьян, который помог великому Раме одержать победу над демоном Раваной, дав в помощники царевичу своего главного советника – мудрейшую из мудрейших обезьян – Ханумана.

Действие «Рамаяны», как известно, развертывается на сугубо индийской почве. Но в ней отчетливо прослеживаются многочисленные северные реминисценции, восходящие к арийскому и доарийскому периоду истории индоевропейцев. Сказанное как раз и относится ко всей «обезьяньей линии» древнеиндийской мифологии. Лишним подтверждением тому может служить и известный эпизод «Рамаяны». Первоначально «обезьяний» царь Сугрива отправляет свое многочисленное войско на поиски похищенной Ситы – жены Рамы – не куда-нибудь, а на Север (!), красочно и довольно-таки точно описав предстоящий маршрут. Сначала спасителям Ситы предстоит преодолеть область ужасного мрака (читай: область полярной ночи). За ней посреди Вечного Океана лежит Счастливая обитель света с золотой горой Меру, где повсюду растут чудесные плоды, реки текут в золотых руслах и царит золотой век. Любопытно, что здесь временное описание заменяется пространственным. Причем эту пространственную последовательность (сначала Царство тьмы – затем Царство света) следует и понимать во временном плане (сначала полярная ночь – затем полярный день). Таким образом, индоарийских сверхсовершенных «обезьянолюдей», в том числе и Ханумана (дословно «Имеющий (разбитую) челюсть» – из-за увечия, нанесенного ему богом Индрой), приходится признать уроженцами Севера.