– Я не знаю, как сказать это помягче, поэтому скажу как есть. Это Бриджит распустила про меня слухи. Она была с Мейсоном, когда тот увидел, как мы с мистером Лэндри обнимались, и это у нее на самом деле был роман с учителем. Она пустила слух, чтобы ее никто не заподозрил.
Сьерра стала бледной как полотно.
– Бриджит?
– Она мне обо всем рассказала и попросила прощения. Она не хотела, чтобы ее мама узнала, потому что боялась причинить ей боль. И я ее понимаю.
– И все это время она молчала? – возмутилась сестра. – Ни словом не обмолвилась?
– Да.
– Мне нужно прилечь. – Сьерра растянулась на своей стороне кровати. – Я, конечно, понимаю: все мы ошибаемся и делаем глупости, особенно в юном возрасте, но эти слухи причинили тебе столько зла! Критика учительницы по балету привела меня к РПП. Это живой пример того, как чужие слова могут разрушить твою жизнь, а тебя ежедневно изводили сотни человек.
– Если честно… Когда я винила во всем Мейсона, предательство ощущалось совершенно по-другому.
– Правда? – Сестра, похоже, удивилась. – Но ты же любишь Бриджит.
– Люблю, – кивнула я.
Однако я ведь никогда не была
Я поняла это ночью, пока пыталась уснуть. Его признание в любви не отпугнуло меня, как в случае с другими мужчинами. Наоборот, оно казалось таким естественным.
Чем больше я думала о своих чувствах к нему, тем больше понимала, что сказала правду. Переход от ненависти к любви был для меня очень странным, и я подозревала, что Сьерра и здесь оказалась права: я так яростно его ненавидела только потому, что всегда очень сильно любила. Даже в гневе я была не готова его отпустить.
Можно было бы подумать, что я просто увлеклась Мейсоном в старших классах, но я убеждена, что мои чувства были гораздо сильнее обычного увлечения.
Правда, я пока не уверена, что готова ему признаться. Это большой шаг, о котором я сейчас не хочу сообщать даже сестре. Мне нужно время, чтобы свыкнуться с этими мыслями и унять бурю эмоций, – тогда я смогу высказать все, что у меня на душе.
Я наконец поняла и приняла свои чувства к Мейсону, однако часть меня все еще боялась давать ему такую власть надо мной. Допустим, я скажу ему, что люблю…
А вдруг он снова разобьет мне сердце?
Я понимала, что сам-то он открыто признался, не побоявшись дать мне эту власть и стать уязвимым.
И все же мне было страшно.
– Что будешь делать с Бриджит? – спросила Сьерра.
– Не знаю.
– Не против, если я с ней поговорю?
– С чего мне быть против? Она и твоя подруга.
– Ну ты же не хотела, чтобы я дружила с Мейсоном, – заметила сестра.
Верно. Но это другое!
– Дружба с Бриджит – твое личное дело.
– Вот это да! Вы только посмотрите! Вот что я называю личностным ростом. Наконец-то слова взрослого человека. К слову о взрослении, а что ты чувствуешь к Мейсону?
Какое отношение это вообще имеет к взрослению?
Но я все равно ответила:
– Я все еще пытаюсь в этом разобраться.
– Неловко, конечно, получилось. Ты так долго злилась на него за то, чего он даже не делал.
– Надо было послушать тебя и давно с ним поговорить, – сказала я.
Она задумалась.
– А может, и не надо: всему свое время.
– Что ты имеешь в виду?
– Допустим, ты бы знала, что в слухах виновата Бриджит. Ты бы ее возненавидела, и мы никогда не познакомились бы поближе ни с ней, ни с ее мамой, и не узнали бы, какие они на самом деле замечательные.
Справедливо. Я кивнула, соглашаясь.
– А если бы вы с Мейсоном начали встречаться, то потом все равно разъехались бы в колледжи в разных концах страны. Какова вероятность, что ваши отношения выдержали бы разлуку? Он бы погнался за славой писателя, ты бы металась, пытаясь найти себя и занятие по душе. Вы вполне могли бы расстаться. Но сейчас вы оба здесь, и момент для серьезных отношений подходящий.
– Возможно, – согласилась я. – А может, мы с ним уже были бы женаты и радовали бабулю долгожданными внуками.
Мысль о детях совершенно не пугала меня, как это было в прошлых отношениях. Раньше, едва я понимала, что дело принимает хоть сколько-нибудь серьезный оборот, тут же разрывала связь.
Сейчас, по крайней мере, у меня хватает духа признать, что это было из-за любви к Мейсону. Несмотря на всю мою злость и обиду, глубоко в душе я понимала, что мне никто, кроме него, не нужен.
– А еще, – продолжала Сьерра, – поговорив с ним обо всем на сеансе гипноза, ты бы ему просто не поверила.
– И то правда.
Могла и не поверить. Для того чтобы выслушать его, да еще и поверить, мне необходим был особый настрой. Я ведь уже решила, что виноват именно он, поэтому начни он все отрицать, только утвердилась бы в своем подозрении.
Мои очки ненависти лишили меня объективности. Тогда я была не готова услышать правду.
– Значит, если где-то в параллельной вселенной ты можешь представить себя замужем за Мейсоном… ты его тоже любишь?
Неудивительно, что Сьерра зацепилась за эту мысль даже после того, как я сказала, что все еще пытаюсь разобраться в своих чувствах.
Наверное, она просто слишком хорошо меня знала.
– С чего ты сделала такой вывод?
Я не стала отрицать ее предположение.
