– А теперь послушай меня внимательно, парень, – грозно сказал Бёрн. Аверину почудилось, что выпусти Бёрна из клетки, и он сожрёт его заживо, – Бери этого Ак-Сата за шкирку и тащи сюда. Мы поясним ему, что к чему и почему, яхгова мать! Я не позволю вам заниматься самоубийством ради призрачной цели!
– Да-да, пацан, послушай Бёрна, – поддерживал друга Сорон.
Аверин отчётливо чувствовал, что поддержки от товарищей не стоит ждать. Они твёрдо уверены в провале миссии и, более того, даже не надеялись спастись. И это ужасно. Аверин ощущал в каждом из них смиренность. Они смирились с тем обстоятельством, что им придётся до конца своих дней сидеть взаперти в доме этого толстяка. Аверин ничего не смог ответить. Он опустил свой взгляд, развернулся и направился наверх, к своим новым друзьям. Не такого он ожидал от долгожданной встречи, совсем не такого.
Стража проводила юношу в свою спальню, где он немедленно лёг на кровать и закрыл глаза. Слёзы вновь накатили новым приступом. Они так и не верят в него. Совсем. Ни капли. Эта встреча должна была ознаменовать радость скорой победы, но никак не ту горечь, которую она принесла. Мир раскололся надвое.
– Я тут кое-что почувствовал, – Ак-Сат, вошедший в комнату, заставил Аверина вскочить с постели. Юноша с красными заплаканными глазами стыдливо смотрел в пол, – Ожидания не всегда оправдываются, Аверин. Что произошло?
– Они думают, мы проиграем в этом состязании.
– Ну, если так и дальше пойдёт, обязательно проиграем, – заверил его Ак-Сат, – Успокойся, возьми себя в руки. Я открою тебе секрет.
Аверин поднял голову и внимательно слушал учителя.
– Я и сам не уверен в нашей победе, – признался Ак-Сат, – Это состязание невообразимо сложное. Но я уверен в другом. Вы, вы втроём можете это сделать.
– Мы втроём? – нелепо переспросил Аверин, хотя прекрасно слышал слова Учителя.
– Да, – подтвердил Ак-Сат свои слова, – В состязании участвуют команды по три человека. Бой ближний, потому пойдёте Марон, Гор и ты.
– Но почему не вы?
– Я не могу, Аверин. Ментат запретил, – Ак-Сат говорил правду. И Аверин видел, что ему нелегко говорить об этом. Ак-Сат желал помочь своим ученикам в грядущей битве, но не мог противиться непонятной силе, сгибающей волю, – Знаешь, Аверин, чему я на самом деле рад? Тому, что я могу, спустя много лет говорить прямо. Что появился человек, который может понять меня, понять почему я поступаю именно так. Хотя сейчас ты не до конца это понимаешь, но всё же. Эти ментаты… Не подчинись я их воле, уже давно бы стал безумцем. И никогда бы мы с тобой не встретились. У тебя есть шанс спасти своих друзей, я уверен в этом. Используй его, борись за него. И сделай это.
После того, как мужчина договорил, Ак-Сат вышел из комнаты, оставив Аверина наедине со своими мыслями.
Но долго оставаться одному ему не дали. Арана подошла к двери и вежливо постучалась, не смотря на то, что дверь открыта нараспашку.
– Аверин, можно?
Юноша взглянул на девушку, которая мялась у порога. Некогда такая сильная и волевая. Он прощупал её сознание и понял, что ей неловко находиться в компании мужчины, который находится в таком состоянии, как он. Теперь ему самому стало стыдно перед девушкой за свою слабость. Но отказывать ей в разговоре он не стал.
– Да. Проходи, конечно, – сказал он, попытавшись улыбнуться. Получилось кривенько, она это заметила, но не подала виду.
– Я случайно подслушала ваш с учителем разговор, и я думаю, ты зря так считаешь.
– Как? – не понял юноша.
– Твои друзья, думаю, они просто боятся за тебя.
– Если бы они верили в меня, то не боялись бы, – парировал Аверин доводы девушки.
– Тогда взгляни правде в глаза, – серьёзным тоном сказала Арана, уже в который раз напомнив Ак-Сата, – Вспомни, каким ты явился на Остров туманности. Именно таким тебя помнят твои друзья. Ты многому научился с тех пор. Ты изменился, и теперь ты совершенно другой человек. Они тебя не знают. Но в душе ты всё такой же, и они твои друзья. Учитель прав, ты можешь не только спасти своих друзей, но и доказать им, что они зря не верят в тебя. В жизни всегда приходится что-то кому-то доказывать…
– …и следует делать это поступками, – закончил Аверин за девушку слова, которые некогда произносил учитель. Юноша встал с постели, глубоко вдохнул, после чего подошёл к девушке и обнял её. Арана обняла его в ответ. Несмотря на её красоту, поддержку, которую она всегда ему оказывала, и все обстоятельства, через которые они вместе прошли, юноша не питал к ней тех сильных чувств, какие обычно называют любовью. Его не тянуло к ней, он не хотел быть с ней сутки напролёт, но в то же время ему было хорошо, уютно рядом с ней. И он знал, что она чувствует то же самое.
– Ого, как у вас тут хорошо, – как раз в этот момент мимо проходил Марон, – Можно с вами?
– Марон, дурак! – напрыгнула на него Арана, выпуская из объятий Аверина, – Между нами ничего нет.
– Просто обнимашки? – спросил Марон, ухмыляясь.