Так, например, генерал Инфантес, командир испанской Синей дивизии, пишет в своем исследовании, посвященном действиям испанских добровольцев в России: "Нередко случалось, что после успешных атак на местном уровне русские солдаты забывали о поставленных задачах и понапрасну растрачивали драгоценное время. Переходя в немедленные контратаки, мы, бывало, заставали их за обшариванием наших блиндажей в поисках провизии, за поглощением банок с джемом и распитием коньяка. Подобные слабости обходились им весьма дорого, поскольку в таких случаях они редко оставались в живых. Иногда нам удавалось разбить их в контратаках потому, что они терялись в системе наших окопов. Верно, что красноармейцы решительно идут к поставленным целям. В грозных противников их превращает не только современное оружие, но и выдаваемая водка, которая делает их безумными. Их тщательно подготовленные широкомасштабные атаки, вне сомнения, представляют опасность, поскольку "русский паровой каток" крушит все, что только встает у него на пути. Все, что можно сделать в таких случаях, - стойко держаться. Но хорошо организованная контратака всегда застает русских врасплох".
На протяжении двух следующих дней подтянулись и другие части 1-й танковой дивизии. Вместе с 337-м пехотным полком, переброшенными из Франции в Россию по воздуху, они очистили от неприятеля ближайшие подступы к Сычевке и восстановили сообщение с расположенным к югу от города летным полем в Новодугино, где частям Люфтваффе удалось продержаться несколько дней. Окруженные роты хлебопеков, окопавшиеся поблизости от огромных печей, и попавшая в трудное положение армейская рота связи были спасены, как и окруженные солдаты из ветеринарного госпиталя. Немедленные советские контратаки немцам удалось успешно отразить.
Через несколько дней после первого совещания в штабе 9-й армии командир и начальник оперативного отдела 1-й танковой дивизии вновь прибыли к начальнику оперативного отдела 9-й армии, чтобы получить указания в соответствии с дальнейшими намерениями командования относительно боев за Ржев и Сычевку. Не успели офицеры обменяться приветствиями, как снаружи громко хлопнула дверца немецкого вездехода. Послышались отрывистые слова команды. Вошедший дежурный объявил:
– Генерал Модель.
Одетый в длинную шинель, со старомодными, но удобными наушниками на голове, в высоких мягких сапогах, со своим неизменным моноклем в глазу в помещение вошел новый командующий. Он словно бы излучал энергию и бесстрашие. Модель пожал руки офицерам. Бросил шинель, фуражку и наушники на стул. Протер запотевший в теплой комнате монокль. Подошел к карте.
– Полная каша, - произнес он и быстро изучил последние изменения обстановки.
– Я уже в общих чертах обрисовал господам главную проблему, - доложил Блаурок. - Первое, что должна сделать Девятая армия, - выправить положение вокруг Сычевки и обеспечить за собой контроль железнодорожной линии Ржев-Сычевка-Вязьма. После стабилизации обстановки в самой Сычевке силами Первой танковой дивизии начинают прибывать передовые части моторизованной дивизии СС "Рейх".
Генерал танковых войск Модель, смелый и решительный боевой командир и одновременно холодный расчетливый штабист, кивнул.
– А теперь главное для нас - закрыть брешь вот здесь. - Он провел рукой над широкими красными стрелками, которыми обозначались направления прорыва русских к западу от Ржева между селами Никольское и Соломино. - Мы должны перекрыть каналы снабжения прорвавшимся русским дивизиям. И вот отсюда, - Модель показал на Сычевку, - ударить во фланг противнику и взять его за горло.
Крюгера и Венка оптимизм командующего немало удивил. Блаурок выразил охватившее их сомнение в острожном вопросе:
– Господин генерал, а чем вы располагаете для подобной операции?
Модель окинул своего начальника оперативного отдела спокойным взглядом и произнес:
– Собой. - И залился смехом. Все остальные с чувством облегчения присоединились к нему. Впервые за много дней в оперативном помещении штаба 9-й армии в Сычевке смеялись так беззаботно и весело. Новый дух наполнял офицеров.
Странное дело, но как только Модель вступил в должность командующего армией, полкам словно бы прибавилось силы. Дело не только в исключительной четкости отдаваемых им распоряжений - командующий везде появлялся лично. В то время как полковник Кребс, его начштаба, находился в Сычевке, занимаясь решением вопросов в штабе, Модель выезжал на фронт. Он мог неожиданно выскочить из вездехода возле штаба батальона или выехать на коне по глубокому снегу на передовые рубежи, где воодушевлял, распекал, наставлял и в конце концов шел в атаку во главе батальона с пистолетом в руке. Этот живчик-генерал словно бы находился повсюду. Его присутствие чувствовалось даже и там, где самого его не было.
В значительной мере благодаря именно этому присутствию и решилась судьба предстоящей битвы. Чтобы понять это, нужно знать предысторию событий.
