Соломино являлось самой западной точкой в огромной бреши, через которую рота Камбулина наступала на юг. Точка прорыва находилась под прикрытием противотанковых пушек и тяжелых 152-мм полевых гаубиц. В сотне метрах справа от роты двигалась гужевая колона снабжения. Пар валил от полевых кухонь. Солдаты Камбулина с тоской смотрели в ту сторону. Горячей пищи они не ели с прошлого вечера. Было 11.00.
Днем раньше, 21 января, лейтенант Камбулин наконец получил пару валенок. Он отказывался брать себе валенки до тех пор, пока их не будет у всех его людей. Столбик термометра показывал 45 градусов ниже нуля.
– Говорят, немцы все еще воюют в сапогах, а некоторые даже в матерчатых ботинках, - сказал один из солдат, молодой деревенский учитель.
– Надеюсь, эти сволочи замерзнут, - пробурчал Камбулин.
– Немецкий самолет! - закричал кто-то. Все тут же рассеялись и бросились в снег. Немецкий штурмовик уже зашел для атаки и открыл огонь из авиационной пушки. Дальше в стороне немецкие самолеты громили советскую колонну.
Вскоре появились советские истребители. Но почти одновременно прилетели немецкие истребители и отогнали воздушное прикрытие противника.
С запада доносился грохот немецкой артиллерии. Снаряды ложились с недолетом, перед ротой Камбулина, но вот они стали падать ближе, затем ложиться с перелетом все восточнее и восточнее. Самое худшее миновало.
Камбулин выпрямился. Что же происходит? Тыловая колонна поспешно отходила. Строчили пулеметы. С запада в атаку шли пехотные цепи в белых маскхалатах. Там и тут виднелись массивные туши танков без башен и командирских лючков.
– Да это же штурмовые орудия немцев - немецкие самоходки, - осенило Камбулина. Школьный учитель тоже понял это:
– Это немцы, товарищ лейтенант!
Спокойно и деловито лейтенант Камбулин отдавал приказы своим людям. Отделения рассредоточились. И вот уже первые автоматные очереди обрушились на противника. Две трофейные легкие пушки палили без перерыва.
Немцы падали в снег. Они подавали сигналы кому-то, кто находился у них в тылу. Вызывали поддержку своих пехотных орудий. Началось сражение Моделя с крупными силами советских войск, прорвавшимися к западу от Ржева.
Новый командующий 9-й армии начал второй этап своей операции против советских армий, прорвавшихся через немецкий фронт. Она началась при температуре 45 градусов ниже нуля, когда замерзало человеческое дыхание.
Полковые и дивизионные командиры просили Моделя отложить операцию из-за чудовищного холода. Модель отвечал им:
– Зачем же, господа? Завтра или послезавтра теплее не станет. А русские своего наступления не свертывают.
Наступление - это был конек Моделя. Колоссальное его достижение в январе 1942 г. состояло в том, что, получив 9-ю армию, когда она находилась в безнадежной ситуации, отчаянно держала круговую оборону, он нанес контрудары, которые очевидно сместили центры тяжести на фронте.
План Моделя выглядел просто. Он послал усиленную 1-ю танковую дивизию и части вновь прибывшей дивизии СС "Рейх" из Сычевки в северо-западном направлении, к Осуйскому, чтобы нанести удар во фланг передовым советским частям.
Через двадцать четыре часа, 22 января, Модель отдал приказ 6-му корпусу атаковать из района к западу от Ржева, нанося удар по западному району советского прорыва. Основной груз операции лег на 256-ю пехотную дивизию, усиленную батальонами четырех других дивизий и полевой, противотанковой и зенитной артиллерией.
Одновременно 23-й корпус - отрезанный в районе Оленина - ударил с запада силами 206-й пехотной дивизии, кавалерийской бригады СС Фегеляйна и 189-го дивизиона штурмовых орудий, чтобы пробиться и соединиться с частями 6-го корпуса, наступавшего с востока. Солдаты, столь неожиданно появившиеся перед ротой лейтенанта Камбулина, входили в состав боевой группы СС Цегендера, фактически кавалеристами, действовавшими в качестве пехотинцев, вместе с несколькими самоходными орудиями из "бригады риттера Адлера" 189-й бригады. Тщетно пытался Камбулин остановить их. Двумя днями позднее немецкий дозор нашел его мертвым в снегу среди тел его погибших солдат.
Тяжелораненый Камбулин замерз в снегу. Незадолго до смерти он записал в своем дневнике: "Немецкие штурмовые орудия - смертельное оружие. У нас нет способа защититься от них".
Операция двух клиньев немецкого наступления против советского прорыва между Никольским и Соломином велась на пределе сил, но она удалась. 8-й авиакорпус под командованием генерала ВВС Вольфрама фон Рихтгофена разгромил позиции советской артиллерии и средств ПВО в районе прорыва. Тяжелые минометы уничтожали советские противотанковые пушки. В 12.45 23 января солдаты головных частей 23-го корпуса и боевой группы Реке из состава 6-го корпуса пожимали друг другу руки.
23-й корпус смог восстановить связь с 9-й армией, хотя сообщение и осуществлялось через узкую полоску земли. Две "снежные дороги", проложенные красноармейцами через Волгу, были перерезаны, и советские корпуса из состава 29 и 39-й армий оказались отрезанными от своих тыловых коммуникаций и от всех баз снабжения.
