– Значит, так: мне нужно одеться потеплее – надеть джемпер, тёплые брюки, зимние сапоги, шарф и шерстяную шапку – и не забыть ключи, а то мы с тобой потом не попадём в квартиру. Ну вот, готово. Пристегнём поводок, и можно идти. Только смотри не шуми, а то всех перебудишь.
Индивид и не собирался поднимать шум, он думал только о том, как бы поскорее выйти на улицу.
Если вечером на улице было тихо, то сейчас, среди ночи, вообще не слышно было ни звука – весь Тириллтопен спал. Стояла такая тишина, что Тюлинька слышала собственные шаги по тротуару, кроме них ничто не нарушало тишину. Но нет! Кто-то всё же был рядом и тоже шёл по тротуару.
– Поворачиваем назад, Индивид, – шёпотом сказала Тюлинька.
Но Индивид не согласился. Он ещё не сделал свои дела, и ему было не всё равно, где их делать. Ему непременно нужно было пойти туда, куда он наметил, и он устремился к опушке леса, чтобы там спрятаться за какой-нибудь кустик. Тюлинька тянула в свою сторону, Индивид – в свою, а так как Индивид был сильнее, он её перетянул.
– Ну ладно, ладно. Будь что будет, – сказала Тюлинька. – Надеюсь, что тот, кто гуляет тут среди ночи, хороший человек, иначе мне несдобровать!
В этот момент она уже почти поравнялась с незнакомцем. Это был мужчина. Он остановился и глядел на Тюлиньку и Индивида.
– Злая собака?
– Нет, со своими он совсем не злой, – сказала Тюлинька и подумала: «Только бы Индивид не начал вилять хвостом!»
И тут произошло нечто неожиданное. Индивид, который так любил всех людей на свете, вдруг замер на месте, но хвостом не завилял. Тюлинька ясно услышала, как он зарычал. Прохожий обошёл их, стараясь держаться как можно дальше, и удалился в противоположную сторону. Он явно потерял охоту продолжать разговор, и Тюлинька с Индивидом пошли дальше своим путём. Индивид справил свои делишки и послушно направился к дому. Но Тюлинька очень удивилась. Наутро она сказала Андерсену:
– Как ты думаешь, почему Индивид зарычал на этого человека?
– Думаю, он решил, что обязан тебя охранять, раз это он вытащил тебя на улицу среди ночи.
В это утро Тюлинька встала невыспавшаяся и была очень рада, что на утреннюю прогулку его взяли Гюро и Эрле. Но в полдень Тюлинька, как всегда, повела его погулять, а вместе с ними пошли Гюро и Сократ. Она по очереди дала им вести Индивида на поводке, а когда Индивид улёгся, они расположились рядом и гладили его по мягкой шёрстке, потому что только сейчас, узнав, что он скоро уедет, оба по-настоящему поняли, как сильно его любят. Сегодня Индивида не стали закармливать, как вчера, и Тюлиньке не пришлось водить его ночью на прогулку. А на следующий день из поездки вернулись мамочка и папочка Индивида и сказали, что через пару дней состоится их переезд. Паковать вещи они пригласили специальных людей, так что всё было сделано очень быстро. Последние деньки промелькнули, и вот однажды вечером Тюлинька позвонила Гюро и сказала:
– Завтра рано утром Индивид уезжает. Придёшь попрощаться?
Попрощаться с Индивидом пришло много народу: Ларс из корпуса «Ю» и Кнут, и Эрле, и Аврора с Сократом, и их папа, и Тюлинька с Андерсеном. Пришла даже подружка Тюлиньки Лиллен, накануне она осталась ночевать в Тириллтопене. Всем хотелось погладить Индивида. Наконец он забрался в машину. Он улёгся сзади, заняв всё сиденье, но не положил голову на лапы, а всё время смотрел в окно. И вот машина с Индивидом отъехала. Последним, что увидели провожающие, была его голова и глядящие на людей большие тёмные глаза. По щекам Тюлиньки катились слёзы, а Андерсен гладил её по плечу и, как мог, утешал. Гюро и Сократ тоже стояли печальные, и Тюлинька сказала:
– Какое-то непривычное чувство, что Индивид уехал насовсем. Ведь какая же он всё-таки хорошая собака! Как подумаю, сколько у меня появилось знакомых только благодаря тому, что он шёл со мной!
– Да, – кивнула Эрле.
– Люди при нём словно становились дружелюбнее, чем обычно, – вспоминала Тюлинька.
– Наверное, и там, в Вестланне, он тоже будет знакомить людей друг с другом, – сказал Андерсен.
– Недаром я всегда говорила: не заводи собаку! – вставила Лиллен. – Сначала ты к ней привяжешься, а потом её не станет.
– Если так думать, – горячилась Тюлинька, – то и к людям нельзя привязываться, их мы тоже иногда теряем.
– Будет тебе, милая, – сказал Андерсен. – Давай-ка пойдём домой и попьём кофейку!
Они направились домой. В парадном на стене была доска, и на ней висело объявление крупными буквами.
– Это объявление от нового правления кооператива, – сказала Тюлинька. – Давай посмотрим, что там написано. «На последнем заседании правления принято постановление, согласно которому запрещается содержать в доме собак. Те, кто завели у себя собак, должны в ближайшее время от них избавиться, не позднее Нового года». Теперь я даже рада, что Индивид отсюда уехал.
– Наверное, его мамочка и папочка уже знали про это, – сказала Гюро.
Тюлинька распрямила плечи:
– Теперь я даже рада, – повторила она снова. – Я рада, что Индивид будет жить в таком доме, где не будет никаких правлений.
