Приехав с совещания у Ачалова к себе на работу, генерал В. Варенников решил: чтобы операция по захвату здания Верховного Совета РСФСР прошла гладко, надо принять дополнительные меры.
На случай «решения непредвиденных задач» Варенников отдал распоряжение командующему армейской авиацией Сухопутных войск генерал-полковнику В. Павлову перебросить под Москву эскадрилью боевых вертолетов. Начальнику инженерных войск генерал-полковнику В. Кузнецову ставилась задача подтянуть в Москву инженерные машины для растаскивания баррикад и завалов. Помощник командующего Московским военным округом генерал-майор В. Петров должен был выдвинуть к зданию Верховного Совета три танковые роты.
Свидетель Петров В.А. показал, что 20 августа около 18 часов его вызвал к себе в кабинет Варенников и приказал подготовить три танковые роты, оснащенные боевыми осколочными снарядами, для выдвижения к зданию правительства России.
Свидетель Грязнев В.В. показал, что 20 августа вечером ему и другим командирам танковых рот Петров приказал загрузить танки снарядами, две роты — холостыми (вышибными), а одну — боевыми, и быть готовыми к выдвижению к Белому дому. Сначала «попугать холостыми выстрелами», а затем действовать по приказу.
Аналогичные показания дали и другие командиры танковых рот. Ротный Платонов пояснил при этом, что танки его роты были оснащены боевыми осколочными снарядами. В каждом танке имелось по 15 таких снарядов.
Вечерние часы у военных проходили в напряженном ожидании. Все поглядывали друг на друга: армия — на КГБ, КГБ — на войска. Не выдвигаются ли они на исходные рубежи. МВД поглядывало на тех и на других.
За всю историю Советского государства не было такого случая, чтобы воинские подразделения отказались выполнять боевой приказ. И все хорошо знали: расправа может быть короткой и жесткой.
Примерно в 19 часов ко мне без предварительной договоренности пришел командир 21-й бригады КГБ. Он сказал, что получил задачу на «действия у Белого дома», но не знает, куда конкретно идти, и пришел ко мне уточнить. Я ответил, что это не мой вопрос, пусть о своей задаче узнает у своих начальников. Тогда он спросил: «Может, я встану со своими по Кутузовскому проспекту, у гостиницы “Украина”?» Я снова ответил, что пусть он этот вопрос уточняет со своими начальниками.
Выдвижение войск было намечено начать к часу ночи. Когда время приблизилось к критической точке, мне звонили Грачев и Громов, но никто команды на выдвижение не подавал.
В 17 часов 20 августа я позвонил председателю Комитета при КМО СССР по делам воинов-интернационалистов Р. Аушеву. Сказал, что к 3 часам ночи возможно «увеличение войск» у здания Верховного Совета РСФСР и чтобы он передал об этом воинам-интернационалистам, которые охраняют Белый дом. Он сказал, что все сделает. После этого я позвонил заместителю председателя Комитета Верховного Совета СССР по делам воинов-интернационалистов Р. Оджиеву и попросил его поднять на ноги всех «афганцев» с целью не допустить кровопролития. Он согласился и начал действовать.
Около 20 часов я прибыл к Грачеву и сообщил о своем окончательном мнении не участвовать в операции. Грачев передал по войскам команду «Стой», никаких приказов не выполнять, кроме как его, командующего ВДВ.
Грачев принял решение предупредить Белый дом о возможном штурме. По его команде я выехал туда, сняв погоны генерала и тельняшку. Близко подъехать я не мог, так как меня там видели и могли узнать. Не исключалась какая-нибудь провокация, поэтому на дальних подступах к Белому дому я остановил молодых людей, которых просил передать туда информацию о возможном штурме.
…Около полуночи Грачеву позвонил Карпухин. Сказав, что он вместе с группой находится под мостом на Калининском проспекте, поинтересовался настроением Грачева.
Информация Карпухина не соответствовала действительности. Группа «Альфа» ночью 20 августа не покидала место своего расположения. Карпухин просто проверял, чем «дышит» Грачев.
— Все ждали, когда выдвинусь с войсками лишь всего-навсего. Если бы я пошел, то все бы пошли вслед за мной. Никуда бы не делись…
В 0.20 на Садовом кольце завязался бой между пикетом защитников и БМП (боевые машины пехоты) Таманской дивизии, которая среди других воинских частей была привлечена к осуществлению режима комендантского часа. Таманской дивизии приказывалось организовать патрулирование на выездах с Садового кольца в центре города, выделив для этой цели 760 человек личного состава и 76 единиц бронетехники.
