Странная мысль посетила его голову, и Сириус, поднявшись, покатил коляску к дому. Да, они не могут разрушить то, что находится в Гарри, но ведь могут сделать что-то другое. Такое, что ни Август, ни матушка не озвучили. Сириус не особенно разбирался в тёмной магии, но некоторые элементарные вещи всё-таки помнил. Например, что некоторые сглазы опытные ведьмы легко могут «сдуть», что порчу можно переложить на другого человека, что проклятия не всегда требуют только заклинания, иногда нужны котёл, некоторые ингредиенты и вещь ненавистного человека. А что, если то, что находится в Гарри, тоже можно переложить? Что, если нужен ещё один ритуал и согласие того, кто возьмёт это на себя? Что, если этим кем-то будет он сам? Он ведь не маленький, и Волан-де-Морту так просто его не одолеть. Пусть этот урод ещё хорошенько помучается, если хочет возродиться.
На обеде Сириус встретился с матушкой в столовой, но она сегодня тоже была крайне задумчива. Может, ей тоже в голову приходила подобная мысль, но она не захотела, чтобы Сириус такое вытворил? Какие-то минуты он косо посматривал в её сторону, но она не проронила ни слова.
После обеда и второго сна Сириус с Гарри снова были на прогулке, и первый ещё сильнее утвердился в своём решении. Нужно тоже что-то делать. Что-нибудь почитать, изучить. Заиметь запасной план на случай, если матушка и целитель подведут. Вот только где ему почерпнуть знания? К Дамблдору идти бессмысленно, на Римуса надежды нет, про остальных членов Ордена Феникса можно и не говорить. Сириус долго думал, пока гулял, покатал крестника на горке и его вдруг осенило. И зачем ему вообще кто-то сдался? Он же Мародёр! Он знает все тайные ходы в Хогвартсе и все пароли. Ему всего лишь нужно пробраться в замок и добраться до библиотеки. Нужно будет только купить коробку конфет и дорогое вино… Мадам Пинс всё-таки не его матушка, он её или очарует, или разжалобит, и она пустит его в запретную секцию, там-то он и найдёт что-нибудь полезное.
Словом, к вечеру Сириус заметно приободрился и ужинал с аппетитом. В его голове всё сложилось. Добби так удобно крутится рядом… Нужно будет завтра или же послезавтра вечером попросить его присмотреть за Гарри, а самому улизнуть из дома в Хогсмид.
— Смотрю, тебе полегчало, — заметила матушка, сидя всё так же во главе стола.
Сириус оторвался от мыслей и перевёл на неё взгляд.
— Да, ты была права. Стоило переспать со всем, что мы услышали, а не сразу же готовиться к худшему, — воодушевлённо согласился он.
— Хм, это хорошо. Думаю, к следующему визиту Августа нам всем будет что обсудить.
Сириус кивнул и, покончив со вторым блюдом, потянулся к чашке, как вдруг послышался стук.
— Наглые соседи опять за солью пожаловали? — поинтересовался он у матери.
— Да вроде не должны были, — отозвалась она, провожая Кикимера взглядом.
Они слышали скрип входной двери, чьи-то голоса и шаги. Кикимер почему-то не вернулся и не доложил о гостях.
— Так-так-так… — вдруг послышался Сириусу голос, из-за которого он опрокинул чашку и вскочил на ноги. — Сириусик, ты что же это, забыл про манеры?
В столовую вошла его кузина, Беллатриса Лестрейндж. Выглядела она так же молодо и вызывающее, как и прежде, несмотря на то, что скоро должна была начать разменивать четвёртый десяток. Густые вьющиеся волосы обрамляли её светлое лицо, не менее тёмные глаза с вызовом смотрели на кузена, а подчёркнутые тёмно-бордовой помадой губы изгибались в усмешке.
— Чего же ты сам вышел встречать гостей и не поприветствовал даму? — чересчур ласково спросила она, двинувшись к столу.
— Век бы не видеть такую «даму», — отозвался Сириус и заслонил собой детский стульчик, на котором сидел Гарри.
Следом за Беллатрисой в столовую прошли её муж Родольфус и деверь Рабастан.
— Ай-я-яй, какой же ты стал грубый, Сириусик. Видно, давно тебя не учили, как себя следует вести, — заметила Беллатриса и повернула голову к его матери. — Здравствуй, дорогая тётушка. Представляешь, до меня дошли слухи, что Сириус вдруг вернулся домой…
— Слухи? — невозмутимо отозвалась Вальбурга и поставила чашку на блюдце. — Скажи уж прямо, что Люциус растрепал, я только ему говорила, что Сириус вернулся.
— Люциус и Цисси, между прочим, очень за тебя переживают, тётушка. Считают, что этот грубиян может тебя обижать…
— Сириус? Может обижать меня? Белла, ты это серьёзно или опять шутишь?
— Нет, я уже вижу, как это нелепо, но хотела убедиться, — отозвалась Беллатриса и улыбнулась шире. — Мальчики, вы только взгляните… Наш Сириусик подрос и теперь может доставать при нас волшебную палочку. У-у-у, какой грозненький!
