Научная журналистка Ирина Якутенко в своем обзоре Нобелевской премии этого года35 предлагает такой вариант: нормальные человеческие детские сады. Просто представьте этот дивный новый мир: прямо в вашем офисном центре в заранее продуманном просторном и одновременно уютном (да, так бывает) помещении, с большой площадкой на улице, вас ждут лучшие воспитатели и воспитательницы, они выспались и не выгорели, они получают одну из самых высоких зарплат по стране и ценят свою работу. А еще они искренне любят проводить время с детьми (да, такие люди есть, я видела их в школе моей дочери, они существуют). И вот вы утром, спокойно собравшись, едете с ребенком в одно место. Вам не надо заезжать в детский садик, он — там же, где ваш офис. Одной головной болью меньше. А потом вы идете работать, зная, что можете в любой момент спуститься на первый этаж и увидеть счастливое лицо своего малыша или, например, вместе пообедать либо погулять на площадке. И такой садик мечты закрывается не в 18:00 (меня всегда удивляла эта способность садиков закрываться в 18:00 при условии, что рабочий день родителя тоже заканчивается в 18:00), а тогда, когда вы уже отработали. И с ребенком там правда-правда прекрасно занимаются, его там даже любят, как ваша самая лучшая учительница в детстве — помните?
Эта идея не нова — еще в 1942 году Элеонора Рузвельт торопила своего мужа, президента США, как можно скорее принять акт, регулирующий открытие и работу детских садов. Женщины занимали все больше рабочих мест, и в условиях дефицита мужчин требовалось еще больше женщин. «А куда им деть детей?» — спрашивала мужа Элеонора. Акт был принят, и более 100 тыс. детей получили места в садиках на время войны. Правда, эта система не удержалась в США. А вот в Советском Союзе она была развита: моя мама вспоминает, как бабушка могла оставить ее, например, на ночь в садике, и детям это очень даже нравилось, такое классное приключение. Я и сейчас знаю, что есть частные садики с ночевкой. Многие мои подруги с нетерпением ждут в общем-то единственной возможности провести время с мужем, с друзьями или с собой, а их дети — ждут такую ночевку не меньше их.
Такой вот дивный новый садик, а потом и школу можно было бы придумать, если бы вопрос недопредставленности женщин на рынке труда действительно волновал человечество. Может быть, Нобелевская премия за работу на эту тему — знак того, что действительно волнует? Посмотрим…
Главное, пока мы ждем создания волшебных садиков мечты, помнить, что правильного ответа на вопрос «Работать или нет?» не существует. Работать сложно. Когда я на работе, я переживаю, что забросила ребенка, когда я с ребенком — переживаю, что забросила работу. Это уравнение с несколькими миллионами неизвестных, и каждая работающая мама находит свой путь, рано или поздно. Я думаю, главное — помнить, что нет никаких «биологических» предназначений или «природной» роли. Папы важны для детей не меньше мам. И умеют ничуть не меньше мам. Папы — классные люди, которые могут и по идее должны бы стать для ребенка равноценно важным взрослым. Папы могут, папы могут все что угодно. Вот про что, кажется, Нобелевская премия по экономике — 2023.
ВОПРОСЫ ДЛЯ САМОРЕФЛЕКСИИ
Какая история о Нобелевской премии понравилась вам больше всего? Какие еще эмоции вызвал рассказ о женщинах в науке?
Как вам показалось, какие человеческие качества необходимы женщинам в науке?
Какие представления о работающих мамах и папах у вас есть? Как они сформировались?
(Вопрос для тех, у кого уже есть дети.) Какие представления о работающих мамах и папах были в вашей жизни до рождения ребенка? Как они поменялись?
Что еще вы добавили бы к моему описанию идеального садика/школы, где спокойно можно оставлять детей, пока работаешь?
Если вы работающая мама — какие у вас есть лайфхаки, чтобы поддерживать себя? А как справляются ваши подруги и знакомые? Чему можно у них поучиться?
Образование
Я терпеть не могу задачки и ребусы, но сама люблю размышлять над одной загадкой: почему среди выпускниц университетов больше девочек, а среди владельцев компаний и президентов стран больше мальчиков?
Разве нам не говорят все 11 лет школы, что надо хорошо учиться? Мы хорошо учимся, выпускаемся с красными дипломами и золотыми медалями, только моргнули — и вот мы уже трудоустроены в компанию, которой управляет мужчина.
Разве хорошо учиться и выполнять домашнее задание недостаточно? Зачем тогда от нас этого требуют?
Во всем виноват Жан-Жак Руссо (нет). Именно он писал в 1762 году в своей книге «Эмиль, или О воспитании»: «Все воспитание женщин должно иметь отношение к мужчинам. Нравиться этим последним, быть им полезными, уметь снискать их любовь к себе и почтение, воспитывать их в молодости, заботиться о них, когда вырастут, давать им советы, утешать, делать жизнь их приятною и сладкою — вот обязанности женщин во все времена, вот чему нужно научить их с детства».