Понадобились все мои усилия, а еще пара бытовых заклинаний Ричарда, чтобы привести платье и прическу в порядок. Потому что никто не должен заподозрить, чем таким в карете мы с принцем занимались!
В последний момент перед выходом из экипажа подхватила торбу с затихшим в ней песценотом. И, тихонько склонившись к уху Ричарда, произнесла:
– Все-таки, если что-то произойдет, отнеси эту сумку на Бранный переулок, семь.
Больше ничего сказать не успела, потому как откуда-то возникла охрана принца и нас повели в одно из зданий, балкон которого располагался как раз напротив эшафота.
Гадский сюжет! В этот момент я ненавидела то, что создала сама. Хотелось плакать, хотелось кричать, но я держала лицо, потому что сейчас на меня смотрели тысячи глаз. Глашатай между тем зачитал приказ. Появилась Бриана. Она шла какой-то странной дерганой походкой, и я не узнавала ее. И ее ли? Я не знала, как у Ричарда это получилось: выглядела девушка так же, но… Что-то было не так.
Время растянулось каплей густой, клейкой смолы, в которой мы все увязли, словно маленькие песчинки, чтобы застыть… Навсегда? Или есть шанс добраться до так и не дописанного эпилога?
Ричард сжал мою руку. Топор палача начал опускаться, когда я вдруг почувствовала, что какая-то неумолимая сила толкнула меня в грудь, словно пытаясь вышибить из этого пространства. На миг потерялась в какой-то бурной мешанине серости, которая словно утягивала меня куда-то на дно, и вдруг я ощутила резкий рывок. Словно меня там, в книжной реальности, держал крепкий якорь.
Ладонь ожгло огнем. Боль начала подниматься выше, поглотив плечо, а после – и все тело. Серость вспыхнула расплавленным золотом, а меня выдернуло в родной мир к… Ричарду! Да, это была моя реальность, та, о которой я, оказывается, забыла. Безвременье, забрав почти всю мою магию, кое-что и дало. Воспоминания.
Они обрушились на меня лавиной. Так что голова закружилась, а перед глазами встала кровавая пелена. Во рту почудился металлический вкус. Но на это все было плевать. Куда важнее оказались картины, одна за другой мелькавшие в сознании.
Я действительно была Одри Хайрис. Родилась в этом мире, в любящей семье. Росла наивной и доверчивой. Поступила в академию, спасаясь от опекуна. Правда, не пережив всего того, что довелось мне. И в Ричарда прежней Одри понравился. Любила ли она, вернее я прошлая, его так сильно, как сейчас? Наверное, нет. Это было первое и не столь глубокое чувство. Принц же, видимо, поняв, насколько Одри неопытна, не стал посвящать ее во все политические хитросплетения.
Да и злодейка в тот прошлый раз действительно оказалась настоящей. Ее приговорили к казни. Как и сейчас, она взошла на эшафот, но умирать отчаянно не хотела. Потому-то решилась на древнее, забытое уже колдовство и принесла саму себя в жертву, чтобы переместить собственную душу и сознание в недалекое прошлое и все исправить. Это случилось ровно в тот момент, когда тело злодейки лишилось рыжей головы.
Только что-то в ее ритуале пошло не по плану: воронка времени затянула и меня. Я вспомнила, как мою душу затянуло в бурный поток, что тек меж миров. И, плывя в нем, я услышала чей-то зов, полный отчаяния. И по нему, как по соломинке, выбралась, очутившись в пустом теле, которое недавно покинула его родная душа.
Четырехлетнюю девочку сбила огромная железная колесница. И малышка умерла. Но боль матери была такой сильной, что оживила свое дитя. Правда, душа в ребенке теперь была иная. Моя.
Кажется, поначалу я даже пыталась рассказывать, вернее, лепетать о принцах, драконах, волшебной академии. Но врачи посчитали это посттравматическим синдромом, а мама… моя новая мама по вечерам перестала читать выздоравливающей дочке волшебные сказки, заменив их научными энциклопедиями.
Со временем я сама все забыла, выросла. И стала совсем другой. Видя пример несгибаемой воли отца, стремилась стать такой же. Сильнее. Умнее. Готовой сражаться, а не пасовать. Оценивать ситуацию. Хитрить и идти напролом.
Может, я бы прожила долгую жизнь в новом мире, помогала бы папе вести бизнес, а по ночам, в тайне от всех, писала бы книги. Хотя, правильнее было бы сказать: вела повествование о своем прошлом, которое вроде бы стерлось из памяти, но хитрый разум все же сумел найти лазейку…
Да, наверное, именно так бы и было, если бы не чертов замкнувший кабель. И, когда я получила удар током, наконец-то сработала вторая часть ритуала Тэрвин. И меня как из катапульты запустило по проложенной чернокнижным заклинанием траектории в первоначальное тело. Одри. В тот момент ее бытия, когда жизнь Хайрис висела на волоске.
Вот такая петля времени имени Брианы Тэрвин. Правда, с очень уж большим радиусом и забросом души в иную реальность.
Настоящая-то злодейка хотела войти в реку времени в момент казни, чтобы пройти по мелководью против течения назад и вселиться в свое же тело. Потому как перенестись в прошлое можно лишь сознанием и душой. Все материальное остается только в своем мире.
