Господин Рипли наморщил лоб, словно сомневаясь, и произнес:
– Там есть достаточно сложные задачи, поэтому рекомендовал бы вам воспользоваться справочником Шорпса и монографией Трауса и Вальдиса. Эти книги есть в библиотеке.
Едва он это произнес, как поджал губы, будто враз пожалев о сказанном. Я тоже удивилась такому совету. Потому как, если бы магистр решил во что бы то ни стало обрушить мою успеваемость – зачем тогда давать подсказки?
Так и не поняв мотивов поступка профессора, я вышла из аудитории и непонимающе вытаращилась на добрую четверть одногруппников, среди которых был даже Старвик! Адепты стояли, подпирая собой стену коридора, и ждали меня.
Последнее подтвердило восклицание Фирка:
– Ну наконец-то! Там в столовой скоро все съедят без нас, а ты все не выходишь…
Остальные ограничились лишь кивками, угуканьем и взглядами. И абсолютно все сделали вид, что вариант пойти без меня им в голову просто не приходил.
Так что на обед мы отправились большой и дружной толпой. Пока шли, Вир, мотнув косицей, вокруг которой красовалась идеальная выбритость, не удержался от замечания, озвучив, похоже, общую мысль:
– Профессор на тебя, похоже, конкретно взъелся. В тебя что, его племянник влюбился? Или ты увела у него тему диссертации? – играя бровями, шутливо спросил он.
– Если б я знала, – выдохнула печально, когда мы уже подходили к порогу столовой.
Тут-то и выяснилось, что за исключением Мартина и Старвика все мы едим за бесплатными столами. Впрочем, эти двое не стали отрываться от остальной компании и пожертвовали разносолами, которые сулила им другая часть зала.
Правда, наш умник при виде склизких комочков каши, в которых оказалось от поварской щедрости, кроме воды и соли, еще и немного обжаренной требухи – печени и почек – скривился, но мужественно засунул ложку в рот и прожевал.
Фирк, увидев это, усмехнулся и не упустил возможности поддеть зазнайку:
– Что, бесплатные харчи не по вкусу?
– Может, и не по вкусу, – согласился Старвик. – Однако и лорду Нидоузу тоже доводилось такие есть в походах.
– Ты-то откуда знаешь? – удивленно воскликнул один из близнецов.
Старвик обвел нас возмущенным взглядом. Ну точно поклонник, о кумире которого кто-то в мире смеет быть не в курсе.
– Вы что, не знаете, кто такой наш преподаватель по магии и материи?!
Ответом ему стало наше общее удивление.
– Темнота! – фыркнул презрительно умник, почувствовал свое превосходство, но все же снизошел до пояснения: – Да он герой и самый молодой из архимагов-телепортистов во всей империи! Был награжден орденом за мужество и отвагу, когда участвовал в подавлении восстания нежити в Фирмерских топях. Там получил тяжелое ранение, из-за которого хромает. Так что нам всем очень повезло, что он у нас преподает.
Сказал это Старвик восторженно и немного даже пафосно, но мы все равно прониклись. Кто уважением к боевым заслугам лорда Нидоуза, кто к его званию архимага, а кто просто к тому, что магистр – почти наш ровесник – уже один из лучших магов-трансформаторов пространства.
На миг за столом возникла тишина, чтобы в следующую секунду провалилась, потонув в гуле голосов. Одни стали дергать Старвика уточняющими вопросами, другие – обсуждать только что услышанное.
Я же в этой громкой и активной компании вдруг почувствовала себя… спокойно и как-то даже уютно. В прошлой жизни мне не довелось узнать, что такое студенчество. А в этой, кажется, я получила всего с лихвой. С головой окунулась не только в занятия, но и в тот самый студенческий дух, который порой – один на всех.
Мы засиделись до самого закрытия столовой. Лишь когда прозвучал набат, вновь оповестив о начале занятий, пришлось выйти на улицу. Одногруппники разошлись, кто в общежитие, кто поспешил в город. Я же, припомнив, что в сумке лежат карточки, направилась в библиотеку. Не хотелось проводить еще одну бессонную ночь за задачами. Так что, пока на меня никто не окушался, не пробовал завербовать или очаровать, я отправилась… решать.
Быстро нашла и справочник, и монографию, о которых говорил профессор Рипли. А после углубилась в расчеты. Задачи оказались и правда сложными. Причем на те темы, которых в общем курсе и не было. Но я старалась продраться через пояснения и сама не заметила, как меня от сытного обеда разморило, и я уснула.
Сквозь дрему мне показалось, что кто-то осторожно чуть приподнял мою голову, чтобы затем снова положить. Но я на это даже не отреагировала. А проснулась от ощущения пристального взгляда. Оторвала голову от сложенных рук, на которых та лежала, и увидела перед собой Ричарда, который, кажется, был чем-то недоволен…
Хотя, едва окончательно проснулась, и сама поняла чем: я умудрилась отрубиться, напрочь позабыв о всякой безопасности. Как говорится, заходи кто хочешь, бери меня тепленькую… А замуж или на жертвенный алтарь, или просто убивай, кради – это как получится.
Мы становимся особенно уязвимы в двух случаях: когда спим и… когда любим. Я же умудрилась, похоже, совместить. Но главное – проявила беспечность. За нее-то и ждала укора от принца.
