Борис со Светланой и Юлькой, попетляв между столов с оживленно и шумно беседующими и ничего не замечающими вокруг посетителями, расселись за крайним, угловым столом. Борис помог спутнице раздеться, повесил ее пальто на спинку стула и сел на свое место. Юлька сама поухаживала за собой.
У столика тут же возник официант, вытянулся в струнку, держа в руках блокнот и ручку. Всем своим видом он демонстрировал, что новые посетители не вызывают в нем особого восторга и не внушают почтения — такие много не закажут и на них не заработаешь. У всех официантов на такие вещи всегда имеется приличный нюх.
— Что будем заказывать? — осведомился он, как-то лениво, из-под полуприкрытых век, глядя поверх головы Бориса, сидевшего лицом к нему.
— Для начала я бы попросил вас заменить скатерть: на ней какие-то странные жирные пятна, — поставил Борис на место официанта, беря со стола меню.
Официант поморщился, но все же махнул кому-то рукой. Из боковой двери появилась девушка в белом передничке с новой скатертью в руках и быстро перестелила ее, сразу же испарившись.
— Спасибо, — поблагодарил Борис и, не отрываясь от довольно скудного меню, положил руки на стол. — Мне, пожалуйста, картофель фри с гуляшом, салатик из свежих овощей: помидорчики там, огурчики. Стаканчик горячего чаю, с лимоном. Вы что будете? — обратился он к Светлане.
Светлана, хмуря брови, разглядывала меню. И не столько само меню, сколько цены, напоминавшие номера городских телефонов.
— Я не особо голодна, — наконец сказала она. — Может, какой-нибудь салат? Вот, оливье, например.
— Здесь картошку хорошо готовят, — подсказал Борис. — Рекомендую. Может, тоже закажете? С гуляшом?
— Не знаю, как-то… — она хотела сказать «дорого», но лишь уткнулась в меню. — Тогда лучше с котлетой.
— По-киевски, — заключил Борис.
— Нет-нет, что вы! — запротестовала было Светлана.
— Все в порядке, — Борис уже догадался о причинах ее волнений. Он обернулся к официанту. — Значит, три картошки, одну — с гуляшом, две — с котлетами «по-киевски».
Официант ожил и принялся строчить в блокноте.
— Свежий салат, две порции, — продолжал перечислять Борис. — Ребенок, ты что будешь на десерт?
— На что? — не поняла Юля.
— Сладкое.
— Я… Мне ничего не надо.
— Глупости! Порцию мороженного с шоколадной крошкой. И пару сока.
— Какого? — вяло спросил официант.
— А персиковый есть? — девочка повернула к нему голову.
— Абрикосовый.
— Пойдет, — кивнула Юлька.
— Что будете пить? — спросил официант со странной интонацией в голосе, словно не спрашивал, а напоминал рассеянным клиентам: вы забыли заказать главное.
— Грамм сто текилы для дамы, — сказал, поразмыслив, Борис. — Мне — ничего. Я за рулем.
— Я тогда тоже не буду, — попыталась отказаться Светлана.
Ручка замерла над блокнотом, нервно подрагивая. Официант выжидающе посмотрел на Бориса.
— Да-да, текилы, — подтвердил тот свой заказ. — Я вижу, вам это сейчас необходимо, Светлана.
Не сказав ни слова, официант скрылся в боковой двери.
— Честное слово, не стоило, — запоздало продолжала отказываться Светлана. — Я редко пью, и мало. К тому же здесь такие цены.
— Не беспокойтесь, все нормально. Могу я в конце концов потратить один раз на красивую, эффектную женщину кровно заработанные.
— Вы мне льстите, — чуть зарделась Светлана.
— Ничуть, и вы сами это прекрасно знаете.
— Конечно, знаю, поскольку каждый день вижу себя в зеркале и ужасаюсь.
— Собственной недооцененности? — Борис приподнял левую бровь и насмешливо взглянул на Светлану.
— Вы меня сейчас окончательно в краску вгоните. Честное слово!
— Хорошо, не буду. Хотя легкий румянец вам идет.
— Ну вот, наконец-то вы сказали правду. В своем обычном состоянии я бледная, как поганка, — засмеялась Светлана.
У стола с подносом на руке возник официант, опустил поднос на стол и важно расставил принесенное: салаты, графин с текилой, рюмку, вилки с ложками и стаканы с соком и чаем. И вновь удалился.
Борис наполнил Светлане рюмку и вернул графин на стол.
— Все-таки, как-то неудобно одной пить, как алкоголичка. — Светлана нерешительно подняла рюмку и осторожно понюхала ее содержимое. — Может, выпьете со мной? Чуть-чуть?
— А вот столько я действительно не зарабатываю, — ответил Борис, намекая на возможные штраф и лишение водительских прав. — Да вы пейте, не стесняйтесь. Кому какое, собственно, дело. А вам немного будет полезно для восстановления нервной системы.
— Ну, хорошо, — Светлана вздохнула, маленькими глотками отпила половину и, поморщившись, поставила рюмку на стол. Потянулась вилкой к салату и, наткнув на нее кружок помидора, отправила его в рот. — Вы бы тоже ели. А то только смотрите на меня.
— Да я успею, не переживайте. Вы лучше расскажите о вашей работе. Чем вы там занимаетесь?
— Вам это действительно интересно? — Светлана промокнула салфеткой губы и, опустив руку, принялась мять салфетку пальцами.
— Конечно.
— Но ведь вы ничего не поймете.
— Я в детстве очень увлекался физикой.
— К тому же я уже не работаю над этой темой. И вообще, хочу перейти куда-нибудь в другое место, — на ее лицо опять, как в момент встречи у института, набежала тень.
