Мотовоз выехал на станцию и остановился. Оказавшись на перроне, Веник заметил, что платформа совершенно пуста. В дальней его части находились какие-то механизмы, видимо для погрузки чего-то на вагонетки, вереница которых стояла рядом с перроном.
Оглядевшись, парень увидел, что «Шоссе энтузиастов» — это полноценная пилонная станция с широкими стенами между главным залом и платформами. Почти все проходы, ведущие в центральный зал станции были забраны решетками, что невольно вызвало у Веника воспоминание об «Университете». И если там то были отдельные клетки, то здесь центральный зал являлся одной большой клеткой.
Миновав одну из решеток, они вышли в центральный зал, который поразил Веника. Хорошо освещенный зал стоял совершенно пустой и тихий. Ни одного человека на станции! Вдали виднелись какие-то железные ворота. Вероятно они скрывали эскалаторы. В этой же части зала, эскалаторов не было. В стене находилось несколько дверей. Перед ними небольшая баррикада. Все вместе они зашли в комнаты, которые занимала администрация станции.
В коридорчике снова никто не встретился.
Какая странная станция, думал Веник. Где же народ?
Они миновали несколько помещений и оказались в длинной полутемной комнатке заставленной пустыми стеллажами. Свет давала дрожащая лампочка, светившая на последнем издыхании. Здесь советник познакомил их с несколькими местными мужиками, среди которых присутствовали комендант станции и его заместитель.
По виду они никак не были похожи на сорвиголов, каковыми считали местных обитателей на других станциях. Комендант являлся еще довольно молодым широкоплечим мужиком с открытым лицом и серыми волосами. Его заместитель был крепким толстячком, который живо напомнил Венику такого же заместителя начальника поста на «Площади Революции».
Совещание началось сразу же.
— Значит так, — сказал советник, возбужденно потирая руки. — Сразу перейду к делу. Выходим немедленно. Нечего нам тут рассиживаться…
— Погодите, советник, — перебил его Фил. — Что значит «нам»? Вы что тоже идете?
— Конечно иду. Я тут решил…
— А вот этого не надо, — быстро сказал мастеровой. — Это совсем лишнее.
— Почему это?
— Да потому. Что здесь вы главный, а в тоннелях я предпочитаю сам командовать. Поэтому неловко будет, если я вам приказывать буду. Да и какой смысл вам туда соваться? Мы-то знаем, зачем идем. А вы и тут пригодитесь.
Рашевский и комендант обменялись многозначительными взглядами.
— Ну, если так, — медленно произнес советник. — А и правда, чего мне там под ногами путаться. Хотя, если честно, я уже решился… Да и ладно, — оборвал он сам себя. — Это ведь не прогулка. Поэтому, вы выходите немедленно. Если есть, какие вопросы, то давайте их сейчас и обсудим.
— Вопросы есть, — утвердительно кивнул Борода, выходя из тени под лампочку. — Во-первых, по какому тоннелю надо идти?
— Если смотреть отсюда, то по левому.
— Ясно. А как выглядит этот лагерь Платона?
Рашевский посмотрел на коменданта. Тот сказал:
— Да нет там никакого лагеря. Просто в тоннеле стоит вагон грузовой с компрессором, а за ним мотовоз. Рядом, в левой стене тоннеля, проход в несколько помещений. Вот и все.
— Понятно, — сказал Фил. — А мотовоз этот точно в рабочем состоянии? Я к тому, заведется ли он?
— Должен. Почему нет?
Тут Венику в голову пришла неожиданная мысль.
— Послушайте, — сказал он. — А если он работает, то почему вы его там бросили?
— Да, точно, почему? — спросил Борода.
Рашевский снова переглянулся с комендантом.
— Тут вот какое дело, — сказал советник. — Я вам врать не буду и сразу скажу, что к чему. Когда все это случилось, ну вы понимаете, про что я. Там все было на месте. Так ведь?
Он повернулся к коменданту. Тот кивнул. Веник понял, что советник говорит о мотовозе.
— Когда Платон и его люди пропали, у нас тут, что-то вроде паники вышло. И мы тогда просто в шоке были. Сами поймите. Были люди и просто так, словно испарились! А те, кто потом ходил туда, те сразу бегом вернулись, им не до мотовоза было. Потом-то мы, конечно, послали нескольких парней за мотовозом. Однако они быстро вернулись и сказали, то он сломан и не заводится. Но как потом выяснилось, эти ребята никуда не ходили, а в тоннеле просидели и вернулись. Ну и потом ходило туда еще несколько разведчиков, но они не вернулись.
Веник сразу вспомнил про рассказ Шурупа: про пропавших разведчиков, и рассказ старика часового с «Авиамоторной»: про легендарного Ускова. Значит, все это не пустая болтовня — а самая что ни на есть правда!
Рашевский тем временем продолжал:
— Да и в любом случае у вас есть Васильич, он для этого и идет на всякий случай. И еще. Мы тут подумали и решили вам дать несколько канистр с топливом с собой. Мало ли что, может там в баках пусто, а это хоть и мизер, но до станции должно хватить. Они уже готовы.
— Понятно, — задумчиво сказал Фил, а Веник подумал, что между «Авиамоторной» и «Шоссе» явно есть телефонная связь, раз тут уже знают, зачем они идут и уже приготовили эти канистры.
— Ну как вы? Готовы?
— Все нормально. Идем, — сказал Фил.
