<p>Как может остров быть необитаем…</p>Как может остров быть необитаем,когда на нём есть мы с тобойи гроты, полные пиратских тайн,над кровлей моря листовой?Не спрашивай, когда настанет завтра.Прошла среда, прошёл четверг,и истукан из серого базальтапосильной жертвы не отверг.Я приходил к нему с какой-то красной птицей,не знаю, мёртвой ли, живой,а нынче нет уже того гостинцаи истукана след замыл прибой.Сегодня пятница скользит как тень баркасаиз шумной праздничной страны.Мы непременно будем жарить мясона жёлтом пламени луны.А вот субботы нам пока не надо.Напыщенный барон, повремени.Ещё станцуем мы с тобой ламбаду,ещё задуем мы с тобой лампаду,на это будут дни.<p>Лем фантаст прекрасный был Станислав…</p>Лем фантаст прекрасный был Станислав,будущего точный землемер,понимал немало в тайных числах,ну, а я был юный пионер.В лагере мы хаживали строем,у ворот не слышали свистка.Я рассказывал перед отбоем«Магеллановые облака».Как, куда, зачем они летели,отчего случился весь аврал,что произошло на самом деле,кто кому концовку переврал —я не помню. Поздно или раноя людские судьбы узнаю.Вышло облако из Магеллана,а из Лема – тучка на краю.Облако с жемчужными когтямизначит ливень сутки напролёт.Так и вижу: инопланетянепосле обязательных работ,перед сном напившись чёрной влаги —что ни выпей, всё электролит, —про земной рассказывают лагерь,про лихих вожатых-аэлит.<p>Депутат застрелил депутата…</p>Депутат застрелил депутатаи с медведями празднует смерть.«Брат за брата, – твердит, – брат за брата».«Брат-медведь, – говорит, – брат-медведь».Много выпили, очи в стаканезакружились на том берегу.Побросали медведей цыгане,убежали в глухую тайгу.А медведи докушали яства,долакали текилу и роми медвежью республику братстваучредили в сиротстве своём.У медведей гречиха и пчёлы,у медведей отчёты в район.Как считает известный учёный,мы в медведях себя узнаём.Получает медвежий ударникзолотую награду за труд.Вышивальщица, врач и полярник —все пример с косолапых берут.Оттого за медвежьего братав заповедном таёжном углудепутат застрелил депутатаи созвал своих братьев к столу.Клятва верности – лапа на лапе —и была нерушима, и есть,и на коже, сожжённой в Анапе,пробивается бурая шерсть.
