<p>Далеко от передовой…</p>Далеко от передовой,после чарочки медовоймужики поют.Замерзает ямщик в степи,чёрный ворон кружит – не спи,продолжай маршрут.Далеко от передовой,в драной кухоньке под Москвой,перед банкой шпротдопоздна мужики поютне про то ли, как берег крут,как невеста врёт.В тёплом городе на Томиполюби меня, обними,спрячь между грудей.Унесёмся на край земель,в заповедное царство Хельот лихих людей.Эта песня на ход ногирасширяет свои круги,дребезжит окно.То ли ворон верёвки вьёт,то ли дева крылами бьёт,то ли всё одно.В Пензе, Вологде, Костроме,на Дону и на Колымевсё слышней, слышней.То ли жизнь, будто Русь, длинна,то ли смерть, будто степь, пьяна,да и шут бы с ней.Ворон девичий – бровь, коса.Магазинная колбаса,бородинский хлеб.Льётся песня вразнос и в лад,достигая десятых врати двадцатых неб.<p>Пляжное лежбище Схевенинген…</p>Пляжное лежбище Схевенингенпомнит московский абориген.Скользкие гады в тарелках у дам.Рядом в тюрьме умирал Слободан.Красный трамвай уползает наверх.Долго живёт европейский навет.Шустрому выводку арапчатгуси: «Гаага, Гаага», – кричат.Низкая кромка закатной земли,гуси твои никого не спасли.Смуглые дети бегут за гусём.Может, и мы никого не спасёмв северном море, в нелепом суде.Больше ни разу и больше нигденаша в Гааге не ступит нога.Может быть, только на горло врага.<p>А ты сентиментален, я смотрю…</p>А ты сентиментален, я смотрю:заплакал, подводя итоги года.Я никогда слезами не сорю.Ну, разве что когда цветёт природаи враг цветёт, овсяница моя,а то и тимофеевка – неважно.И если слышу песню соловья,бывает, что в глазах немного влажно.От пёсьих бед теряю я покой,сочувствую воробушкам-калекам.Могу чуть-чуть поплакать над строкой,но ни за что – над взрослым человеком.Мне не дано ронять слезу у ям,в которых человечество зарыли.Прости мне этот пятистопный ямб,его нашёл я на чужой могиле.Бывают слёзы от лихих приправ,но мимо человеческого горяя прохожу иначе: пальцы сжав,с судьбой не соглашаясь и не споря.Людское горе больше наших слёз,и среди ночи, сердцем каменея,я чувствую, как я к земле прироси не моя слеза плывёт над нею.
