— Я не прошу тебя простить его прямо здесь и сейчас, — Айлин коснулась моей руки, смотря в глаза. — Но ты пойми, твой отец не вечен, его время уходит. Это подтверждает появление Малинки. У вас не так много лет осталось, чтобы побыть вместе. Мартин уйдёт в мир предков, и ты уже не сможешь с ним поговорить. Знаю, тебе не хватало отца, его любви и участия, когда ты рос, но у вас обоих появился шанс исправить это и хоть как-то наверстать упущенное.
Айлин говорила правильные вещи, я понимал это умом, но не сердцем.
— Я не нуждаюсь в его любви, — мои руки сжали руль.
— Мои родители погибли, когда я была непослушным подростком, — продолжила она после секундной паузы. — Они не понимали моего стремления к свободе, между нами часто случались ссоры. Я обижалась на них, особенно на отца, который твердил, что леди так не поступают, но теперь очень жалею, что их нет рядом. Поверь, я бы многое отдала за возможность обнять снова отца и маму.
— У тебя была другая ситуация, и мне искренне жаль, что ты осталась сиротой, — я ощущал всю боль, что моя пара чувствовала сейчас. К моему удивлению, время чуть притупило горечь потери, но для Айлин это была до сих пор тяжёлая тема. — Главное сейчас — найти убийцу Дилана, потом я вернусь в Нербург и забуду всё как страшный сон.
— Не забудешь, — любимая покачала головой. — Я знаю, ты ответственный и не сможешь оставить семью. Теперь ты носитель магии феникса, будущий герцог и следующий глава рода.
Вот что значит магическая пара — Айлин читала мои эмоции, как открытую книгу. Она безусловно права: я не смогу оставить семью, особенно маму. Я прекрасно осознавал, что придёт час, когда мне придётся стать во главе рода и взять под контроль семейный бизнес, в котором я не особо разбираюсь. Отец никогда меня не привлекал к делам, не видя во мне наследника и помощника.
— Ты права, милая, — грустно улыбнулся я, — но давай сначала разберёмся с убийством моего брата. Далее я буду решать проблемы по мере их поступления. Может быть, придёт время и я смогу простить отца. А сейчас пора возвращаться в имение.
— Хорошо, поехали в Бёрн-хаус, — улыбнулась моя красавица, и я почувствовал, как эмоции отпускают её. Никогда не задумывался над тем, как тяжело ей пришлось без родителей, без их тепла и заботы. Я сделаю всё, чтобы любимая улыбалась и была счастлива. Даже готов ради неё помириться с отцом, если это принесёт ей радость и успокоение.
До имения мы доехали благополучно, но стоило нам только пересечь открытые ворота, как я заметил маг-авто семейного целителя. Сердце тревожно забилось в груди от плохого предчувствия.
— Что-то произошло, — сдавленно проговорил я, указав на припаркованную машину. — Кто-то вызвал семейного целителя.
— Надеюсь, ничего страшного не случилось, — Айлин даже не дождалась, когда я выйду из салона, и первая открыла дверцу, поспешив к парадному входу.
Я заглушил мотор и торопливо направился в дом вслед за любимой. Войдя в холл, сразу ощутил запах гари, и моё сердце тревожно забилось в груди.
— Уолт, что случилось? — задал я вопрос бледному камердинеру, которого мы встретили в холле второго этажа.
— Мистер Килиан, Его Светлости стало плохо, — протараторил мужчина, почти ровесник моего отца. — Кажется, это был сердечный приступ.
— Приступ? — удивился я — герцог никогда не жаловался на сердце. Вообще носители магии феникса не страдают хроническими заболеваниями. — Как он чувствует себя?
— Его Светлость моментально умер, — сдавленно ответил камердинер, — но феникс возродил его. Правда, нам всем пришлось немного понервничать, так как герцог долго не появлялся после магического сожжения. Сейчас он отдыхает.
— Где отец? — я понял, что Бёрни истратил все силы, чтобы возродить своего подопечного, поэтому ожидание затянулось. Кажется, из-за смерти Дилана, время, отпущенное отцу, значительно сократилось. Возможно, это был последний раз, когда феникс смог его возродить. Вот же гадство!
— Он в спальне. Леди Кимберли сразу вызвала целителя. Кабинет Его Светлости чуть обгорел, но сработала магическая защита.
— Мы можем к нему пройти? — я вдруг понял, что действительно переживаю за отца.
— Леди Айлин лучше пока не входить, — извиняющимся тоном произнёс Уолт.
— Я пойду к себе, — моя невеста посмотрела на меня, сжав мою ладонь. — Поговори с ним.
— Хорошо, — вздохнув, я направился в сторону покоев отца.
Оказавшись перед знакомыми дверями, я остановился. Однако день выдался насыщенным. Никогда не испытывал столько эмоций. Ещё пару часов назад я ненавидел отца, а сейчас испытывал страх, понимая, что приступ у герцога случился неспроста.
Толкнув дверь, я тихо вошёл. Во всех комнатах царил полумрак из-за зашторенных окон. В просторной спальне я обнаружил маму, сидящую возле отца, и целителя, который уже собирался покинуть покои, подхватив саквояж. Герцога успели одеть в пижаму, он лежал на постели под одеялом, закрыв глаза.
— Килиан, — прошептала мама, увидев меня, и приложила ладонь к губам, сдерживая слёзы, — ты вернулся…
Я подошёл к ней и опустился на колено, взяв её ладони.
