— Конечно вернулся. Здесь мой дом, — тихо произнёс я, смотря в заплаканные глаза матери. Видно, что герцогиня успела нареветься ещё до приступа супруга. Значит, отец поговорил с ней, прося прощения.
— Как отец? — я бросил мимолетный взгляд на спящего герцога.
— С ним всё хорошо, — тихо ответил за маму целитель. — Его Светлость возродился и теперь снова здоров.
— Вам не кажется странным, что у герцога случился сердечный приступ? — посмотрел я на мага. — Он никогда не страдал ничем подобным.
— Не кажется, так и есть, — кивнул мужчина. — Но к сожалению, не могу сказать, из-за чего возник приступ. Сами понимаете, тело герцога было сожжено. Только по рассказу леди ди Бёрнхард я предположил причину смерти, так как ваша мама была рядом и увидела проявления приступа, когда герцогу стало плохо.
— Есть какие-нибудь предположения? — нахмурился я, понимая, что вряд ли остались следы, если они были.
— Только одно, — сосредоточенно посмотрел на меня целитель, — герцогу подлили в еду яд, который вызывает симптомы, подобные сердечному приступу.
— О боги, — тихо ахнула мама, побледнев.
— Гадство, — прошипел я, понимая, что так оно и случилось. — Матушка, вы были с отцом в кабинете. Он что-то пил или ел?
— Да… когда я вошла, заметила на столе чашку кофе и блюдце с булочкой, но Мартин не притронулся к ней, — мама сдерживала слёзы, в её глазах появился страх.
— Всё будет хорошо, обещаю, — я поспешно поцеловал её руку, — скоро вернусь.
Пулей я выскочил из спальни и побежал вниз. Срочно в кабинет отца! Так торопился, что чуть не налетел на Вивиан, которая спускалась по лестнице.
— Прости, — я слегка задел плечом вдову, сбегая вниз.
— Килиан, ты куда? — услышал в спину вопрос от Вивиан.
Но не было времени отвечать, нужно срочно попасть в кабинет, пока не поздно. Дёрнув на себя дверь, я сразу ощутил едкий запах гари, оставшийся после магического огня феникса. Обычно духи после возрождения подопечного восстанавливают из пепла нужные вещи, например часть дома, которая была сожжена. Но в этот раз Бёрни оказался слишком слаб, чтобы тратить магию на восстановление кабинета, главное, что магическая защита от пожара сработала. Это даже сыграло мне на руку.
Я огляделся: обивка на кресле, где сидел отец, сгорела дотла, остался только металлический остов, столешницу тоже задел огонь. И тут я увидел закопчённую кофейную чашку. Именно она мне и нужна!
Мне безмерно повезло, что прислуга ещё не начала прибираться, видимо ожидая, что феникс восстановит кабинет. В чашке осталась высохшая кофейная гуща. Я осторожно взялся за ручку. Нужно срочно исследовать остатки кофе, надеюсь, что предположение целителя подтвердится и мы обнаружим следы яда. Если это действительно так, то выходит, кто-то из прислуги или родных подлил этот яд. Холодные мурашки побежали по телу.
— Килиан, куда ты так спешил? — в кабинете неожиданно появилась Вивиан. — Что случилось?
В её глазах светился ужас, она посмотрела на чашку в моей руке.
— Не молчи, не пугай меня, — чуть дыша проговорила она. Вдруг её глаза закатились, и вдова медленно сползла по стенке на пол.
— Вот же гадство! — я вернул чашку на стол и бросился к девушке. — Вивиан!
В спальне я не находила себе места, раздумывая о случившемся. Приступ у герцога, скорее всего, произошёл во время разговора с женой. Оно и понятно, тема довольно тяжёлая. Но насколько мне известно, носители дара феникса не страдают хроническими заболеваниями. Всё это выглядело странно. Нужно дождаться Килиана и узнать подробности. Я сначала хотела позвать Малинку — может, она что расскажет, но, вспомнив, что ей пришлось вчера возродить сразу двоих подопечных, передумала. Пусть набирается сил в мире духов.
Ощутив жажду и увидев пустой графин на столе, я спустилась на первый этаж. Вдруг из коридора послышался женский голос:
— Не молчи, не пугай меня…
— Вот же гадство! Вивиан! — раздался следом возглас Килиана.
Я сразу свернула в ту сторону, откуда шли голоса, и в открытой двери увидела своего жениха, который поднял на руки обмякшую женщину. Растерянный Килиан крутил головой, не зная, что делать с леди, упавшей в обморок. Я шагнула к порогу.
— Что случилось? — недоуменно разглядывала я обгоревшее кресло и стол.
Килиан, услышав меня за спиной, крутанулся. Расслабленная рука Вивиан откинулась в сторону, смахнув со стола кофейную чашку. Раздался звон разбитого фарфора.
— Бездна! Только не это! — выругался Килиан, торопливо укладывая женщину на уцелевшую софу, и затем кинулся на пол к разбитой чашке, пытаясь собрать осколки и сухой остаток кофейной гущи, рассыпанной по полу. — Да чтоб тебя!
— Послушай, зачем тебе это? — я оказалась рядом с любимым, пытаясь понять, отчего он так всполошился.
— Айлин, — он вымученно посмотрел на меня, явно расстроившись из-за чашки, — это была улика. Я ничего не соберу. Только жалкие крохи, которые, боюсь, окажутся теперь бесполезными.
