Третий человек, находившийся на борту нашего «Ленд Ровера», Гарри, мой связист и пулеметчик машины, тоже был человеком спокойным. Он выглядел так, как будто ему нужно хорошо питаться не менее шести раз в день, чтобы набрать вес, но, вопреки своему внешнему виду, Гарри был невероятно подтянутым и выносливым, а также превосходным бегуном на длинные дистанции. Помимо того, что он был опытным связистом и первоклассным солдатом, мне нравилось иметь Гарри на борту, потому что он с удовольствием ел только галеты и бекон-гриль. Последний, который поставлялся в маленьких жестянках, представлял собой субстанцию, напоминавшую мясо для ланча, которая, будучи обжаренной, по вкусу напоминала бекон. Гарри любил есть ее холодной и с радостью менял остальные продукты своего пайка на наш бекон-гриль. Поскольку мы с Маггером это мясо ненавидели, мы были очень рады, что он был с нами.
Одним из командиров машин в моей группе, «Альфа Один Ноль», был Дес, штаб-сержант роты, один из немногих военнослужащих эскадрона «А», с которыми я сталкивался до патрулирования. Я знал его как человека, которому можно абсолютно доверять и на которого можно положиться в любой ситуации, а также как человека, не способного говорить мне в лицо одно, а за спиной — другое. Он был среднего телосложения, с очень темным цветом лица, уже начавший терять волосы. Обычно Дес был тихим, если только не злился, и казалось, что мы с ним находимся на одной волне, — возможно, потому, что, как и я, он тоже был бывшим парашютистом. Два военнослужащих патруля, которые написали книги о своем опыте участия в войне в Персидском заливе, описывали Деса как брюзгу, который постоянно ко мне подлизывался. Говорить так о превосходном, позитивном и профессиональном солдате — это не только говорить неправду, но и вести себя крайне несправедливо. Именно благодаря Десу и таким, как он, — а мне еще только предстояло узнать, что большинство других ребят тоже были на одной волне со мной, — наше задание смогло увенчаться успехом.
Пэта я оставил в качестве своего заместителя, отвечавшего за одну половину патруля с четырьмя «Ленд Роверами». Остальные четыре машины и «Унимог» были в моем распоряжении, мотоциклы работали с каждой группой. Обе группы разделялись только в одном-единственном случае — когда мы двигались параллельными колоннами по обе стороны большого вáди или широкой долины.
В группе Пэта, «Альфа Два Ноль», также служил другой старший сержант, «Спенс». Я знал его несколько лет, и всегда только по его прозвищу — «Серьёзный», — которое он заработал не только потому, что у него были серьёзная манера поведения, но и потому что все, что он делал, он называл серьезным. Если вы видели его курящим и приветствовали его: «Привет, Спенс, все в порядке?», — он отвечал: «Да. Я просто серьёзно покуриваю». Или я мог заметить, как в субботу он выходит из столовой с сумкой, и когда спрашивал, что он собирается делать, то ответом было: «Все в порядке, Билли. Я просто собираюсь заняться одним серьёзным делом». Это означало, что он едет в центр города, чтобы постирать белье, или купить что-нибудь в «Boots»[98], или выполнить какое-нибудь иное обыденное поручение. Для него все было «серьёзно», и это стало предметом постоянных шуток среди парней. Он был «серьёзным» для всех и каждого.
В этом не было ничего уничижительного, потому что он был достаточно приятным человеком. Среднего роста, с темными, слегка вьющимися волосами, во время патрулирования Спенс отрастил черную бороду и усы. Он пришел в армию мальчишкой, и думаю, что именно это было причиной того, что он был настолько серьезен. По моему мнению, все парни, которые записывались в армию мальчиками, а затем, повзрослев, переходили в полки, как правило, были гораздо более институционализированы, чем новобранцы, которые приходили с гражданки в возрасте восемнадцати, девятнадцати или двадцати лет. Мальчики приходили в армию прямо из школы, и большинству из них система тщательно промывала мозги. Им как бы не хватало всестороннего, более, так сказать, отшлифованного жизненного опыта, которым остальные из нас наслаждались — или претерпевали — в подростковом возрасте, до того, как мы выбрали Королевскую службу. Через несколько лет после наших похождений в Персидском заливе я наткнулся на книгу некоего «Камерона Спенса» под названием «Сабельный эскадрон»[99], которая, как оказалось, рассказывала об опыте, полученном автором в Ираке в составе патруля «Альфа Один Ноль». Я никогда не слышал ни о каком «Спенсе» и, прочитав книгу, с удивлением обнаружил, что это ни кто иной, как наш «Серьёзный», поэтому мне, видимо, не стоило удивляться тому, что в «Сабельном эскадроне» автор, безусловно, нагромоздил всяких таких же серьёзных небылиц, к которым я вернусь позже.
