Как только они ушли, я повел оставшуюся пару к бункеру. Из него хорошо просматривалась не только наша основная цель, но и то, что, судя по темным фигурам и десятку огней, являлось каким-то лагерем в полукилометре к северу. Лагерь был явно военным, и в нем явно находились люди. И это при всем при том, что по сообщениям разведки, в этом месте находилось всего около тридцати иракских солдат! Впечатление, что уничтожить эту цель будет гораздо сложнее, чем я предполагал изначально, когда получал инструкции по радио, усиливалось с каждой минутой. Однако сейчас мне нужно было принять во внимание расположение и силы противника, которые мы обнаружили во время доразведки.
— Я собираюсь посидеть здесь и доработать наш план, — сообщил я Десу и Кену. — Между тем, мне нужно, чтобы вы двое прошли вперед еще на пару сотен метров и посмотрели, нет ли там внизу еще каких-нибудь неприятных сюрпризов для нас. О лагере на севере не беспокойтесь. К тому времени, как эти парни начнут действовать, мы либо уже выберемся оттуда, либо не выберемся уже никогда. И ради Бога, не рискуйте и не дайте себя обнаружить! Просто хорошенько посмотрите вокруг, а потом возвращайтесь обратно сюда.
— Хорошо, Билли, — хором ответили они, ухмыляясь, как пара чеширских котов, а после выскользнули из бункера и исчезли. Это были именно те парни, которых я хотел видеть в таком патруле — уверенные, позитивные и надежные, а также первоклассные солдаты. Как раз то, что нужно, — если таковых вообще можно было найти.
Если бы все остальные были такими же, как Дес и Кен, я бы не чувствовал себя так тревожно. Однако у меня были серьезные сомнения насчет Йорки, который стал вести себя непредсказуемо и нестабильно, вплоть до того, что превратился в обузу. Не такого я ожидал от солдата САС. К тому же я полагал, что большинство остальных военнослужащих ожидали, что я прекращу выполнение боевого задания и отменю его после того, как мы окажемся районе цели и увидим масштаб проблемы.
Конечно, по численности, а возможно, и по вооружению нас превосходили значительно. Я знал, что, в идеале мог бы использовать для этого налета весь Полк, а не только тридцать четыре человека — в число которых входило несколько сомневающихся персонажей, которые считали всю миссию самоубийственной. Но также было понятно, что не было ни малейшего шанса на то, что в случае, если дела пойдут плохо, к нам вниз по склону устремится подкрепление, подобно американской кавалерии в фильмах-вестернах. У меня не было иного выбора, кроме как максимально использовать все то, что находилось у меня в распоряжении, и тем не менее, в своей цели я не сомневался: задача должна быть выполнена в соответствии с приказом. Отказаться от нее было просто невозможно.
Сидя в пустом бункере, я незаметно взял в руки сигарету и глубоко втянул дым в легкие, обдумывая проблемы, с которыми мы столкнулись. Если все «зашумит», одну штуку надо будет выносить сразу же, — тот большой бункер с людьми, находящийся впереди нас и справа от цели. Лучший способ добиться этого — бахнуть его противотанковой ракетой «Милан». Это оружие чрезвычайно эффективно не только против брони, но и против стационарных оборонительных сооружений. Все, что требуется от оператора, — это после запуска держать цель в поле зрения прицела, при этом ракета наводится с помощью провода, который разматывается за ней до момента поражения цели. Пусковая установка должна находиться на расстоянии не менее 400 метров от цели, так что если мы передвинем одну из машин, перевозящих ПТРК, поближе к тому месту, где сейчас сидел я, то она идеально подошла бы для поражения бункера.
Решив так, я вышел наружу и изучал здание пункта наведения через обычные очки ночного видения, когда вернулись Дес и Кен. Я попросил их немедленно доложить о том, что они видели.
— Кроме бункера справа, о котором мы знаем, есть еще один, точно такой же, слева, — сообщил Дес. — Отсюда нам его не видно из-за окончания насыпи, но он расположен примерно в пятидесяти метрах к западу от перекрестка дорог, по ту сторону от основного маршрута снабжения.
Как сказал бы Спенс, все становилось серьезным. В своем пересмотренном плане не предусматривалось уничтожение двух бункеров. После минутного раздумья я спросил Деса и Кена:
— Если мы поставим группу перед пунктом наведения с этой стороны дороги, смогут ли они вынести левый бункер с помощью LAW-80?
Оба с энтузиазмом кивнули.
— Конечно, Билли, — ответил Дес, а Кен добавил:
— Отлично, от этого у них глаза разбегутся.
Так и есть, ведь LAW-80 — это однозарядный одноразовый реактивный противотанковый гранатомет. Он обладает огромной мощью, и при этом переносной, что является большим преимуществом. Однако это не управляемое оружие, поэтому стрелок должен подойти достаточно близко, чтобы быть уверенным в поражении своей цели.
— Там еще стоят две машины, с которыми нужно будет разобраться, — добавил Дес. — Это армейские грузовики, трехтонные, с брезентовыми тентами. Они стоят по ту сторону дороги прямо перед нашим объектом.
— В них кто-нибудь есть? — спросил я.
