В тот вечер я предоставил эскадрон «D» самим себе, но на следующее утро отправился туда, где стояли их «Ленд Роверы» и «Унимог». Вскоре я заметил их командира, майора Алана, чрезвычайно компетентного офицера, который прекрасно ладил практически со всеми военнослужащими и пользовался большим уважением среди личного состава. Когда я подошел, он разговаривал с базой по спутниковой связи, но, увидев меня, подозвал к себе. Я услышал, как он произнес:
— Он только что подошел, так что передаю его вам, — и протянул мне радиотелефон. Это был офицер оперативного отдела из Аль-Джуфа со свежими приказами для нас.
Мне приказывали снять весь мой патруль во второй половине дня и проехать 130 километров на северо-запад, чтобы помочь другой половине эскадрона «D» — «Дельта Три Ноль» — у которой не хватало воды и пайков. Нам не нужно было встречаться с ними, а просто взять на себя их задачу по контролю за одним из основных маршрутов снабжения, пока они будут добираться до Вàди Тубал для пополнения запасов.
— Ну, и с чего вы взяли, что нам лучше, чем им? — спросил я по спутниковой связи. — У нас практически не осталось пайков, мы исчерпали последние литры воды. Что касается топлива, то у нас его не хватит, чтобы добраться туда и обратно. Колонна должна прибыть сегодня вечером, так что если мы подождем здесь еще несколько часов, мы сможем заменить «Дельта Три Ноль» и остаться там на неопределенно долгое время. Если же мы сделаем так, как вы предлагаете, то нам через пару дней, или даже менее, нам понадобится смена. Но даже это зависит от того, сможем ли мы раздобыть воду и пайки у подразделения майора Алана, и если они в том же состоянии, что и мы, то я даже не уверен, что у них что-то осталось.
— У вас есть приказ, так что извольте выполнять, — прозвучал бесстрастный ответ. — Вы должны выходить как можно скорее.
Я не мог понять логику штаба. В этом не было никакого смысла. Крайний раз нам пополняли запасы в то же время, что и «Дельте Три Ноль», но кто-то наверху подсчитал, что наши резервы чудесным образом растянутся на несколько дней дольше, чем у наших товарищей из патруля «Дельта». Однако от приказа было не уйти. Несмотря на это, я, когда вышел из эфира и вернул трубку майору Алану, тихо кипел от злости.
Слава Богу, сержант-майор эскадрона «D» оказался моим старым другом. Профессионал, не терпевший дураков, он также был честным парнем, который ненавидел чушь так же, как и я. Когда я рассказал ему, что происходит, он собрал свою группу и приказал им раскопать все запасные пайки и воду и передать их мне.
— Оставить себе только самый минимум, — приказал он им. — Там, куда направляются эти ребята, им они будут чертовски нужнее, чем вам здесь.
Возникло немного добродушного ворчания, но через двадцать минут эскадрон «D» собрал достаточно пайков и воды, чтобы мы могли продержаться еще пару дней. Мы также получили их запасные гранаты, патроны к винтовкам и пулеметные ленты, а также несколько подрывных зарядов и прочую взрывчатку. После нападения на «Виктор-2» у нас оставалось критически мало боеприпасов и взрывчатки, а узнать, не окажемся ли мы в еще одной крупной перестрелке там, куда мы направлялись, никакой возможности не было. Это могло произойти с нами в любой момент, поэтому мы были вдвойне благодарны за дополнительные боеприпасы.
Правда, временами достаточно легко забывалось, что мы находимся в 150 километрах за линией фронта и собираемся углубиться еще дальше, и тем не менее, было важно ни на секунду не ослаблять бдительность. Судя по тому, сколько столкновений с противником было до сих пор у каждого патруля, шансы на то, что мы не столкнемся с новыми неприятностями, были невелики.
Когда я собрал в кучу все оставшиеся запасы, который мне удалось раздобыть у ребят из «Дельты», я вызвал восемь наших «110-х» с экипажами и «Унимог», велев своим ребятам раскопать весь оставшийся у них харч и воду и добавить ее в общую кучу. Затем я разделил все поровну между каждой машиной. Невероятно, но, наблюдая за распределением запасов, я обнаружил, что один из моих экипажей припрятал в задней части своего «Ленд Ровера» целую канистру с водой.
В довершение ко всей этой чертовщине, озвученной оперативным офицером, это ныкание воды моими людьми стало последней каплей. Я устроил им настоящую взбучку, обозвав каждого из них эгоистичным ублюдком, какого только можно себе представить.
— С такими друзьями, как вы, нам никакой Саддам не нужен, — подчеркнул я, после чего разделил лишнюю воду между другими машинами.
