Глаз бури полностью

— Вы там были? Вы были там? — Затем он достал свою карту и потребовал: — Покажите мне, где находится этот рай, — после чего закричал: — Убирай его!

С окончанием сезона муссонов пришла настоящая жара. Не было ни тени, ни ветра, а питьевая вода, которую нам доставляли на вертолетах в 45-галлонных металлических бочках, на самом деле пузырилась, нагреваясь на Солнце. Она была теплой и, как я уже говорил, имела привкус нефти, которую когда-то хранили в бочках. Выпивать обязательные восемь пинт в день было настоящим чистилищем.

От такой жары, в сочетании с бесконечной диетой, состоявшей из консервов, испорченной воды и множества мух, у нас часто была диарея. Но в Тави-Атаир мы имели хотя бы импровизированный туалет, в то время как в других местах, например, на «Диане-1» в прошлом году, нам приходилось гадить в джебеле и закапывать результаты.

Но Тави-Атаир в этом отношении оказался почти цивилизованным. Мы вырыли глубокую яму, а затем из деревянных ящиков соорудили каркас и поставили над ней обычный сортир. Внизу обитали полчища жуков-дерьмоедов, которые представляли собой довольно пугающее зрелище, если вы случайно заглядывали под себя. Они были огромными, начинали свою жизнь примерно с четверти дюйма в длину, но быстро вырастая до размеров крабов.

Еще страшнее было обнаружить себя сидящим в сортире, то есть фактически беспомощным, во время атаки адý. Разрываясь между риском поймать вражескую пулю или, наоборот, упасть в эту кишащую жуками яму, наполненную дерьмом, в попытке уйти от огня, все мы выбрали бы первое, как меньшее из двух зол. Однако должен признать, что огонь вели не только повстанцы. Отрядом гейш командовал офицер, австралийский капитан, приятный парень и хороший солдат — он и обязан был быть таковым, учитывая качество гейш как войск, — но излишне привередливым, что, возможно, являлось следствием его прежней гражданской профессии продавца рубашек. Однажды ночью он пользовался сортиром, как ему казалось, в великолепном уединении, когда темноту над его головой разорвали трассирующие очереди, сопровождаемые одиночными выстрелами. Капитан нырнул в укрытие, основательно запутавшись в штанах и отчаянно пытаясь избежать страшной участи оказаться в ужасной, кишащей жуками яме; и пока он это делал, воздух почти посинел от его излюбленных австралийских непристойностей и проклятий. Чуть позже он не очень-то развеселился, когда узнал, что стреляли не повстанцы, а я и еще трое или четверо парней, паливших над его головой из GPMG и своих винтовок. Оглядываясь назад, могу сказать, что это был довольно позорный поступок — но в свое оправдание могу только сослаться на то, что бóльшая часть нашего пребывания в Тави-Атаире была очень утомительной.

По крайней мере, подобного рода развлечения помогали отвлечься от врага и наших неудобств, но самым большим событием в том походе стал скандал с участием одного из наших бойцов. Фред был капралом и напоминал того жуликоватого продавца подержанных машин и вот этого вот всего, которого часто изображал Джордж Коул[65].Мелкий негодяй и мошенник по своей натуре, Фред отнесся к своей командировке в Дофар как к личному вызову своей преступной изобретательности. И с этим вызовом он легко справился, пусть и с помощью аферы, которая в итоге провалилась.

Фред обратил внимание на то, что когда в наших 4-тонных грузовиках проявлялись признаки износа, их обычно передавали одному из фиркатов или отрядов гейш, предварительно приведя в более или менее исправное состояние силами приданного нам ремонтного подразделения. Для нашего героя, обладавшего подвешенным языком, оказалось почти детской забавой убедить наивного молодого механика, что это практически его долг — «освободить» пару грузовиков и отправить их в сторону дофарийских джебали, которые отчаянно нуждались в транспорте. Особенно убедительно это прозвучало, когда Фред предложил механику 200 фунтов из тысячи, которые он заработал на продаже грузовиков одному из дофарийцев, с которым он пообщался в местной деревне.

Все сложилось как нельзя лучше, и через некоторое время два грузовика выехали из ремонтного цеха с дофарийцами за рулем. И все бы сошло с рук, если бы один из грузовиков не сломался, не доехав до фермы покупателя. К несчастью для Фреда, разгневанный джебали решил подать официальную жалобу в штаб Британской армии и соответственно отбуксировал сломавшийся грузовик другим 4-тонником. Когда он начал требовать свои деньги обратно, скучающий дежурный офицер, переживающий очередной тоскливый день, навострил уши и решил провести расследование — просто чтобы развеять скуку.