Глаз бури полностью

Нас высадили не на «Интрепид», который покинули двенадцатью днями ранее, а на десантный корабль «Сэр Ланселот», укомплектованный экипажем вспомогательного флота. Двадцать четвертого мая в него попали две аргентинские бомбы, и хотя они не взорвались, экипаж оставил судно до тех пор, пока их не обезвредили. Но даже тогда повреждения корабля оказались таковы, что теперь оно использовалось исключительно для размещения военных. В последнюю неделю войны на его борту размещались подразделения САС в качестве сил быстрого реагирования, которые можно было развернуть в мгновение ока там и тогда, где и когда они могли понадобиться.

Я вытащил из «Си Кинга» свое снаряжение и спустился вниз. Кровообращение медленно возвращалось в мои онемевшие пальцы — ощущение было такое, будто в меня вонзилась тысяча игл, — и я уселся за стол, почистил свою M-16, прежде чем сдать ее в оружейку. Но чего мне хотелось на самом деле, так это часами стоять под горячим душем. Я думал об этом душе несколько дней, поэтому снял с себя грязную одежду, обернул полотенце вокруг талии, надел шлепанцы и отправился в душевую.

Горячей воды там не оказалось. Как не оказалось и теплой воды. На самом деле вода была такой, что если бы она была чуть холоднее, то вылетала бы из душевой лейки в виде снежинок. Должно быть, ее закачивали прямо из Южной Атлантики, и вам понадобился бы спасательный костюм, чтобы выдержать ее хоть сколько-нибудь долгое время. К сожалению, выбора у меня не было, потому что мне требовалось чуть больше, чем несколько минут, чтобы смыть с себя всю грязь и дерьмо, скопившиеся на мне на Западном Фолкленде. После этого мне потребовалось несколько часов, чтобы согреться, но в конце концов нам удалось затолкнуть в себя немного еды, что здорово помогло. К этому времени со своих операций начали возвращаться другие солдаты эскадрона. Один из патрулей рассказал забавную историю о том, что случилось с ними во время патрулирования в нескольких милях от горы Кент перед капитуляцией Аргентины.

Во время патрулирования они наткнулись на хижину, которая, по их мнению, могла быть занята врагом. Командир эскадрона решил, что это задание для мобильной роты, и, не желая пропустить все движение, отправился с ними. Затаившись и пронаблюдав некоторое время за объектом, ребята решили быстро войти и захватить тех, кто находился внутри. Посему, бесшумно окружив помещение, они затем разбили дверь кувалдой и бросились внутрь. Дверь вылетела внутрь с такой силой, что слетела с петель, но единственным живым существом в комнате оказался один аргентинский солдат, да и тот лежал в постели. В бараке было так холодно, что под постельным бельем он оказался одет в стеганый пуховик, джинсовые брюки и пару толстых шерстяных носков.

Когда парни ворвались в комнату с оружием наизготовку, чтобы смести любого, кто окажет хоть малейшее сопротивление, перепуганный вражеский солдат уселся прямо на кровати. Его вытащили наружу, и тут же хижину наполнил ужасный запах — бедняга рыдал и был так напуган, что тут же наложил в штаны.

На полу у кровати лежала изрядно помятая стопка исписанных порножурналов. Один из патрульных сел на листая их, а другой снял с пленного солдата носки и надел их на свои ноги. Затем кто-то еще забрал у пленного стеганую куртку. В этот момент вошел командир. Посмотрев на аргентинца, который все еще рыдал — к этому времени на нем остались только его драные штаны, потому что они никому не были нужны — он покачал головой в изумлении.

— Верните бедному парню его одежду, — сказал он. Ребята отдали испуганному солдату его барахло и усадили его на стул. Затем командир сказал Джоку, одному из патрульных, говорившему по-испански:

— Спроси его, где казармы.

Джок посмотрел на аргентинца и потребовал:

— Donde esta la estación?

На это солдат, который на поверку оказался поваром, заплакал, захрипел еще сильнее и ответил:

— No se, no se.

— Donde esta la estación, ты, лживый придурок, — снова вопросил Джок. Вопрос повторялся снова и снова, наш товарищ все больше и больше заводился, тряс повара и кричал на него. И все равно аргентинец, уже почти тараторя от ужаса, отвечал, что не знает.

Ситуация могла бы выйти из-под контроля, если бы до кого-то вдруг не дошло, что испанский язык Джока не так уж и хорош. Он требовал, чтобы ему сказали, где находится железнодорожная станция, а не казарма. Неудивительно, что их пленник не знал ответа, ведь между этим местом и Южной Америкой не было ни одной станции.

Поскольку он явно не обладал никакой ценной информацией и не представлял угрозы для кого-либо, повара увели на вертолетную площадку. Однако когда прибыл вертолет, его пришлось физически затаскивать на борт. Позже мы узнали, что он думал, что его поднимут на высоту в несколько тысяч футов, а затем выбросят. Тем не менее, хотя от него все еще смердело дерьмом, он был в целости и сохранности доставлен в ОРУ — Объединенное разведывательное управление — где его допросили.