В октябре 1987 года заключенные, сидевшие в корпусе «D» тюрьмы Питерхед и имевшие длительные сроки заключения, устроили бунт, практически разрушив здание, и взяли в заложники надзирателя. Хотя многие заключенные сдались администрации тюрьмы, группа, возглавляемая тремя самыми известными рецидивистами Шотландии, держалась вызывающе, угрожая убить своего заложника, пятидесятишестилетнего надзирателя Джеки Стюарта, у которого была только одна почка и которому срочно требовалась медицинская помощь и лекарства для стабилизации его состояния. Все трое бандитов были людьми, терять которым уже было нечего, поскольку каждому из них светил большой срок за насильственные преступления — двадцатичетырехлетний Малкольм Леггат отбывал пожизненное заключение за убийство, тридцатилетний Дуглас Мэтьюсон убил бывшую королеву красоты, а двадцатипятилетний Сэмми Ралстон был осужден за вооруженное ограбление.
Вместе с остальными участниками беспорядков они забаррикадировались в помещении под крышей корпуса «D». Протолкнув пленного надзирателя через проделанное ими в шифере отверстие, осужденные накинули ему на шею петлю и угрожали поджечь его, выкрикивая свои угрозы в адрес администрации тюрьмы и полиции, которые стояли внизу и беспомощно наблюдали за происходящим под пристальными немигающими взглядами СМИ, привлеченных драмой. Измученный, больной и испуганный, мистер Стюарт, у которого было шесть внуков, тянул руки в сторону телекамер и прессы и молил о помощи, но крутые мужики из Питерхеда просто смеялись над ним. Один из них пригрозил ему молотком, а другие предупредили, что если кто-нибудь попытается спасти заложника, они сбросят его с крыши во двор, с высоты 70 футов.
В своей резиденции на Даунинг-стрит, 10, за испытаниями бедняги наблюдала по телевизору возмущенная и потрясенная премьер-министр Маргарет Тэтчер. Видя, что полиция и тюремные власти бессильны, она позвонила Малкольму Рифкинду, министру по делам Шотландии. Миссис Тэтчер была триумфально переизбрана в 1983 году, благодаря победе на Фолклендах репутация ее лично и ее правительства тори значительно укрепилась. Эта кампания также укрепила уважение премьер-министра к Специальной Авиадесантной Службе, — процесс, начавшийся в мае 1980 года, когда бойцы Полка штурмовали иранское посольство на Принцесс Гейт в Лондоне и освободили заложников, удерживаемых там террористической группой.
Неприятности назревали в шотландских тюрьмах в течение нескольких недель, в некоторых из них случались спорадические вспышки насилия. По меньшей мере пятьдесят заключенных устроили бунт в мрачной тюрьме строгого режима в Питерхеде, морском порту, расположенном примерно в тридцати милях к северу от Абердина, протестуя против сурового, по их мнению, режима. Большинство сдалось через несколько дней, но перед этим они захватили три этажа корпуса «D» и разгромили все вокруг.
Тем временем несколько наиболее буйных заключенных схватили надзирателя Стюарта и отказались сдаться и выдать заложника. Министр по делам Шотландии и главный констебль полиции района Грампиан предупредили министра внутренних дел Дугласа Хёрда, что положение крайне серьезное и что ни персонал тюрьмы, ни полиция не в состоянии адекватно справиться с ситуацией.
Они попросили помощи от военных, и под «военными» они, очевидно, имели в виду САС, особенно учитывая известное уважение премьер-министра к нашему Полку. Однако и Хёрд, и Командующий сил спецназа были категорически против отправки нас туда, утверждая, что это создаст прецедент для будущих осад тюрем. В течение двадцати четырех часов после звонка миссис Тэтчер Рифкинду ситуация с участием САС оставалась неясной.
К октябрю 1987 года я уже был сержант-майором эскадрона и теперь жил в собственной квартире в Херефорде. Однажды вечером, когда я был дома, зазвонил телефон. Это был майор Майк, командир эскадрона «D», высокий, крепкий, бесстрастный человек с отстраненным взглядом голубых глаз моряка-подводника. Люди его любили и уважали, чего в нашем деле добиться трудно. В данном случае он был немногословен.
— Я отправляюсь на север, — сказал он мне по телефону. — На вертолете. Включи свой телевизор. — После чего повесил трубку. В этот раз у босса не было времени на пустую болтовню.
Включив телевизор, я прочитал на сифаксе[85] последние заголовки новостей об осаде тюрьмы Питерхед. Ситуация там выглядела не лучшим образом. К раннему утру следующего дня к делу подключился командир, который по телефону разговаривал с Малкольмом Рифкиндом и с Министерством обороны.
