Глаз идола [сборник] полностью

Однако в эту минуту двери контейнера распахнулись, — моряки поспешно отскочили и попрятались за тяжелыми стальными створками, а Табби и его дядюшка остались на месте. Они упрямо стояли перед распахнутым теперь ящиком, вглядываясь в темное пространство. Текли долгие мгновения, небо темнело, и темнело всё сильней. Мне пришло в голову, что сама природа оплакивает гибель исполинского спрута. А затем так внезапно, что у меня перехватило дыхание, из контейнера вылетел конец щупальца, обвил Гилберта поперек груди, прямо под мышками, и сдернул его с палубы. Второе щупальце стащило боллинджер с головы Табби и аккуратно двинуло его в бок. Фробишер-младший шлепнулся задом в грязь, а спрут показался из трюма, не просто живой, но явно в угрожающе превосходном настроении, помахивая разрисованным рупором, словно желая обратиться с речью к толпе на мосту. Треснул раскат грома, и хлынул ливень. Спрут словно разросся во влажном воздухе, будто получив необходимые ему питание и энергию, и вознесся на переплетенных щупальцах толщиной в дерево, оглядывая Лондон с Темзы, как языческое божество, которым он по сути и являлся, не слишком довольное тем, что предстало его глазам.

Экипаж баржи весь до последнего попрыгал за борт, по щиколотку увязнув в иле, и, теряя засосанную обувь, побрел к берегу, к лестнице или куда поглубже, где удобно плыть, что было не слишком умно, принимая во внимание характер опасности. «Болотные ласточки», привычные к свирепому нраву реки и грязи, двигались куда быстрее, оглядываясь на спрута с неподдельным ужасом на лицах. Люди на мосту тоже явно оценили исполинский размер существа, явившегося им, и с дикими воплями, толкаясь, всей толпой кинулись на Темз-стрит, скрываясь от чудовища. Очень быстро народ пронесся мимо нас по набережной, призывая полицию, вопя, что явился левиафан из времен древних, чтобы опустошить город. Некоторое число — в основном молодые люди и мальчишки — остались, невзирая на ливень и опасность, заняв позиции на фонарных столбах и деревьях, словно это смогло бы защитить их от ярости чудовища, в надежде увидеть потеху.

Сент-Ив бросился по лестнице к реке, мимо грязной, исхлестанной ливнем толпы, устремившейся в противоположном направлении; некоторые уже ползли на четвереньках, задыхаясь от усилий. Мы с Хасбро бежали следом за профессором. Спрут стоял — назову это так — на опустевшей палубе баржи, заполненной до бортов его исполинской мантией, бережно прижимая к себе Гилберта, походившего теперь на очень крупного младенца. Руки старика были спеленаты плотью щупальца, он смотрел теперь прямо в огромные темные глаза спрута. Табби, пытавшийся встать на ноги, размахивал руками, крича осьминогу, чтобы тот поставил, ради бога, дядю на ноги, но исполин полностью игнорировал его, выбрав Гилберта в фавориты и вовсе позабыв о существовании Табби. Потом спрут перетек всей массивной тушей через край баржи на мелководье, унося с собой Фробишера-старшего, его рупор и шляпу Табби; на кончике одного из гигантских щупалец покачивался приснопамятный брегет.

При нашей с Хасбро помощи Табби вскарабкался на гранитную ступень лестницы, струи дождя смывали грязь с его брюк и ботинок. В этот момент прибыли блюстители порядка — двое констеблей встали рядом с нами и, раскрыв рты в полном недоумении, смотрели, как спрут плавно скользит вниз по течению к черному отверстию, зиявшему над рекой в гранитной стене набережной: это было устье сточного тоннеля под Флитом, откуда каскадом хлестала вода. Прикрывая Гилберта и свои сокровища от ущерба, исполин принялся заползать по стенке набережной, и мутный поток бушевал вокруг него. За мгновение Гилберт Фробишер был унесен во тьму.

— Что тут происходит, во имя Господа?.. — обратился один констебль к другому, со всё еще выпученными от изумления глазами.

— Это же кракен древний, — авторитетно заявил тот, — вылез из вон того ящика. Закупорит Флит, как бутылочная пробка. Пошли, Боб. Стоя тут, мы ничего не сделаем.

И они поскакали вверх по ступенькам и скрылись, забыв о нас.

— Я намерен последовать за этим проклятым сукиным сыном! — рявкнул Табби, имея в виду, надеюсь, осьминога. Он огляделся с видом человека, намеревающегося нырнуть в грязь Темзы. Но представить, что Табби сможет противостоять потоку, бившему из круглой дыры в стене набережной, даже если бы он смог туда взобраться, было совершенно невозможно.

— Здесь поток непреодолим, — сказал Сент-Ив, положив руку ему на плечо. — Нам понадобится пересекающий сток на более высоком уровне.

— Возможно, перекресток Ладгейта у Динз-Корт, — посоветовал Хасбро, и мы затопали по лестнице. — Тоннель на Оксфорд-стрит слишком далеко.

— Точно, — согласился Сент-Ив. — Именно Ладгейт. Выйдет отлично, если мы сможем попасть туда раньше, чем монстр. Мы пойдем за ним по пятам, учитывая, что он движется на север.