Женщина подошла к своей машине, открыла дверцу и устроилась за рулем. Проверила дальний и ближний свет, прогрела мотор и потихоньку выехала со двора, направившись в сторону Садового кольца. Сергей рванул следом, боясь, как бы непредсказуемый «объект» не скрылся из глаз, но обошлось: ездила она так же медленно, как и ходила, поэтому следить за ней не представляло труда. Однако Серов не расслаблялся – вдруг ее спокойное и безмятежное поведение всего лишь отвлекающий маневр?
Но тут же урезонивал себя: кто, где и когда обучил бы ее подобным премудростям прожженного профессионала?
Тем не менее он старался не отпускать ее далеко и вместе с темно-красной «ладой» проскакивал через перекрестки. Возникшее волнение – как он будет чувствовать себя за рулем после травмы головы? – постепенно прошло.
Вскоре они выскочили на широкий проспект и полетели по нему, словно гонимые ветром сухие листья. И Сергей отчего-то вспомнил, как гонял по трассе на машине Лариски, а заходящее солнце высвечивало ее профиль и золотило прядь упавших на лоб волос. Неужели все это действительно было, причем совсем недавно?
В стороне остались Лужники, потом мелькнули кварталы Беляева и сахарно-белые одинаковые дома Солнцева. Скоро аэропорт «Внуково» – не туда ли она держит путь, сядет в самолет и куда-нибудь полетит? А что, ума на это у нее хватит и денег тоже. Нет, тьфу-тьфу, нечего будить лихо, пока оно тихо! Говорят, мысли могут передаваться на расстояние, а Серов вовсе не намеревался внушать «объекту» идею сесть в лайнер и взмыть в небеса.
Когда проскочили мимо поворота на аэропорт, Сергей с облегчением перевел дух и тут же вновь беспокойно заерзал – а если она гонит в другой город? С нее еще не то станется. Вдруг у нее в багажнике газовый баллон, и, когда кончится бензин, она переключит на него подачу горючего, а он, как придурок, будет метаться около своей заглохшей машины и толкать ее до заправки? Конечно, можно купить немного бензинчика у проезжих, но рыжая успеет уйти! А то, не приведи бог, задумает рвануть на таран, дабы разом покончить все счеты с жизнью?! Что тогда?
Ох, нервная работенка, весьма нервная. Зря Казаков твердил, что Сергей еще не раз ему скажет спасибо за такую халяву. Сам бы помучился на такой халяве, а потом приходил за это бабки просить. Тут с ней поседеешь и последнего здоровья лишишься, пока до вечера дотянешь.
Наконец движение на шоссе стало менее интенсивным. Серов позволил себе отпустить красную «ладу» немного вперед и слегка расслабился. Но куда же все-таки едет рыжая красотка?
Вон загорелись рубиновые стоп-сигналы на ее вылизанной машине. Мадам тормозит? Неужели приехали? Но поблизости нет ни мотеля, ни дачного поселка, ни поворота на захудалую грунтовку. Чего ей здесь понадобилось? И самому спрятаться совершенно негде – остается лишь одно: нахально встать позади, изображая поломку автомобиля. А коли она попрется в лес, придется идти за ней.
Сергей вырулил к обочине и остановился метрах в тридцати от «лады». Он выключил мотор, закурил и через ветровое стекло наблюдал, как рыжая вышла из своего авто, небрежно захлопнула дверцу и, перепрыгнув через кювет – кстати, перепрыгнула легко, – начала медленно прогуливаться вдоль обочины.
Докурив, Серов вышел из «жигулей» и покосился на «объект» – рыжая гуляла неподалеку и вроде бы не собиралась забираться в чащобу. Сергей открыл капот и склонился над горячим мотором, делая вид, что роется в двигателе, как вдруг услышал сзади звонкий голосок:
– Молодой человек!
Неужели рыжая? А кто же еще, если здесь, кроме него и ее, больше никого?
Комкая в потных ладонях кусок ветоши, он медленно обернулся. Она стояла в десяти шагах и приветливо улыбалась. Правда, ее улыбка была немного насмешливой.
– Пойдемте погуляем, – без лишних предисловий предложила она. – Ведь ваша машина в полном порядке? Что тут киснуть на обочине! Мне так хочется сходить в лес, а одной страшно.
– А идти туда с первым встречным не страшно? – облизав пересохшие губы, чужим голосом спросил Сергей.
– С первым встречным? – она весело рассмеялась. – Я заметила вас еще днем. Ведь вы моя новая нянька! Разве не так?
Как выяснилось, обязанности «няньки» могут быть не только обременительными, но и достаточно приятными. Полина – так звали рыжеволосую красавицу – оказалась очень милой в общении, лишенной всякого жеманства. Серов даже удивился: неужели она действительно психически нездорова? Судя по ее разговорам, этого не скажешь, но ведь он не врач-психиатр!
В город он возвращался уже спокойнее, надеясь, что после приятной прогулки Полина не сотворит никаких глупостей. Впрочем, наверное, ее тоже можно понять: хоть и не прямо, но она намекнула, что сильно страдает от одиночества и порой просто не знает, куда деть свободное время. И в глазах ее при взгляде на его руки мелькнул такой огонек, в котором Сергей никак не мог ошибиться, – так вспыхивали глаза у жадной до любовных ласк Лариски, когда она, изголодавшись после долгой разлуки, словно разъяренная тигрица, набрасывалась на него с неутоленной страстью.
