Это был не бессмысленный скелет крестьянина, стихийно восставший или поднятый злой волей некроманта и управляемый его волей. Это был древний воин, возможно разбуженный не менее древними гробокопателями. И теперь этот воин показывал мне истинный класс боя, пусть и уступая в скорости.
При этом каждый мой удар застревал в его иссохшей плоти, буквально увязая, как в смоле. Кости, как железные — от них отскакивали только небольшие сколы, которые не давали перерубить шею нежити.
Я еле успевал ускользать от его ударов, либо отводить в сторону. Плевок кислотой стёк с его костей, как вода с камней.
Мне казалось, что нежить уже с рычанием занес топор над головой и с ужасающей силой опустил его, а когда я увернулся, он пнул (!) меня своей костлявой ногой и я, разбивая кувшины и рассеивая ту пыль, в которую превратилась когда-то стоявшая там еда, впечатался в стену.
Следующий удар пришёлся в стену, где я только что стоял, пробил гнилые брёвна и увяз в сырой глинистой почве. И пусть ему потребовалось всего пару рывков на то, чтобы вырвать свой топор из этого плена, мне потребовалось ещё меньше времени, чтобы кинуться ему на спину, вонзить когти одной руки в его пустые глазницы, а второй в шею и рвануть череп, отделяя его от тела.
Скелет тут же стал тем, чем и должен был быть изначально — просто грудой костей, не связанных между собой ничем и не хранящих в себе личность давно умершего воина.
— Где вы там, трусливые крысы? Решили меня тут одного оставить?
А когда сбежавшие крысы (по крайней мере часть) осторожно вновь сунула нос в камеру, принялся распоряжаться. — Кости вынести и сжечь. Вот хотя бы на этих деревяшках. Всё остальное вынести наружу, на холм.
Металлические части хорошо сохранившейся конской сбруи, немного керамической посуды, наконечники копий, стрел, несколько ножей, немного серебряной и медной посуды и самое главное — пластины ламмелярного доспеха, от которого тянуло искажающим камнем. Это что, при ковке как-то добавили его в металл? Здорово-здорово… Надо бы собрать, и вновь нашить на кожаную основу. А вдруг их в определённом порядке нашивать надо? Ааа, ладно — отдам Хрезкачу, пусть занимается — у меня и так дел хватает по горло.
Я облизнулся на расплывшиеся курганы, которые прослеживались то тут, то там. Каменные истуканы на них покосились, либо лежали, рвы давно затянуло. Это сколько же всего интересного тут может храниться! А мне надо всё! Курганы исчезли, вновь уступив место голым холмам. Трава стала гораздо ниже и реже, а ветер усилился. Пахло прелой горечью, влагой и наступающими на пятки дождями.
Крыс после происшествия в кургане как прорвало. Истории о том, как они тут живут и с кем приходится сталкиваться, лились из них одна за другой. А я не затыкал — мне надо всё знать об этих местах, пока живу тут.
— …Там-там, на дороге резня была — человеко-тварей убили много-много! Теперь воют по ночам и грызут нас, как только появляемся…
— … а потом слизняки как полезут из болота!..
-... А потом червяк такой как запищит “Сквиии”! Мы одного сожрали, а другие по норам ушли, и нашего утащили — хватать-бежать!..
— … А потом Куол говорит — “Оставить-оставить раба у болота, чтобы в наше гнездо не ходили”, а они только больше стали…
— … с тех пор логово хитиноголова мы и обходим стороной…
— … Вон там мелкие кочевые кланы — Рваные Шкуры, Быстрые Когти, Колючехвостые. Никогда далеко-далеко не проходили! Убивают! Устраивают засады!..
— … Стражи могил опасно-ненужные! Убить можно — съесть нельзя!..
На территории логова все впряглись в работу, которой было огромное количество — добывать и таскать камень для укрепления рукотворных пещер, непосредственно заниматься укреплением, собирать травы и коренья, разделывать туши тех, на кого охотились, а также выделывать шкуры, обрабатывать кости (многие оказались ценными) под присмотром Хрезкача, коптить мясо. Несколько групп рабов-пращников из крыс, ставшие лёгкой пехотой, также входила в охотничьи группы, занимаясь слаживанием с отрядами кланкрыс, поделённые по вооружению на легких копейщиков и мечников. Рабам было объявлено, что при должном рвении они могут попасть в число членов клана.
Лишь только у нас появились излишки продукции и первые отряды хоть немного, но починили с помощью Хрезкача и его учеников отремонтировали и почистили вооружение, я решил сходить с двумя сотнями кланкрыс, тройкой выживших штурмкрыс и рабов-пращников по округе.
Я ставил себе целью разведать дорогу от Глаттершталя на Карак-Ногарунд (разведка! в первую очередь разведка!), и в дальнейшем покорить, установить свой контроль над всем северо-востоком Глермзойской пустоши, выйти на побережье Варгиза, осмотреть границу гор и болот. И чем чёрт не шутит — присмотреться к караванам, что встречу. Если встречу.
