Procoptodon goliah (гигантский короткомордый кенгуру). Крупнейший кенгуру из когда-либо обитавших на Земле (плейстоцен, 2.5 млн лет назад – ок. 11 тыс. лет назад). Рост 2–3 м (7–10 футов), вес до 230 кг (510 фунтов). В истории континента – один из наиболее примечательных альфа-хищников[20].
Она поняла.
– Возможно ли, что предки этого животного попали сюда с Земли давным-давно?
– Когда Чаша возвращалась к нам? – уточнил Эшли.
– Кто его знает, – протянул Клифф. – Давным-давно – миллионы лет назад – они каким-то образом сюда попали. Потом обрели разум. Как и мы.
– И отрастили две дополнительные конечности? Нет, – высказалась Бет. – Это глорианская жизнь. Модифицированная.
– Научная гипотеза требует длинных терминов, – с улыбкой откликнулась Вивьен.
– А может, и вправду старая добрая конвергентная эволюция, – прибавил Клифф. – Запасать энергию, экономя усилия ног и хвоста, – эффективная стратегия. Здесь могла получить преимущество, как и в Австралии.
– Всегда возможно, – ответила Бет, и ей на глаза попался Крутильщик.
Тот возвращался из рощи зигзаговидных деревьев. Инопланетянин нес безжизненное тело Зои Вилански.
Крутильщик положил труп к ногам Бет и отступил. Повисло молчание. Бет провела в обществе Зои не больше часа, когда быстро вводила свежеоттаявшую в курс дел. Зои толком не очухалась после анабиоза, но горела энтузиазмом. По психотипу была явно из тех, кто предпочитает крепко стоять на земле.
Бет увидела, что убийца вонзил когти глубоко в тело Зои, перерезав артерии и вены: быстрая смерть. Две глубокие раны в области легких. Лицо залито кровью, которая пузырилась, вытекая изо рта в последние мгновения жизни. Вероятно, иных повреждений не было. Но по кровавым пятнам, покрывавшим половину тела, Бет догадывалась, что Зои уже повесили вниз головой, чтобы кровь вытекла, а потом собирались выпотрошить, промыть и нарезать на порции. Крутильщик, похоже, помешал кровавому пиршеству среди зигзагообразных деревьев. У Бет желчь подкатила к горлу, и она с трудом подавила это ощущение.
Так, ладно, спину не гнуть, голос держать под контролем.
Она начала спокойным, немного сдавленным голосом:
– Крутильщик…
Но Клифф рванулся вперед. У него по всему лицу пошли пятна ярости.
– Ах ты ублюдок! – заорал он и нанес удар по треугольной голове Крутильщика.
Чужак быстро увернулся, пользуясь нижними конечностями, так что правый кросс Клиффа не достиг цели. После этого чужак гибким движением выполнил подножку. Клифф споткнулся, четыре руки Крутильщика выпростались вперед и подхватили его в падении. Подцепив Клиффа, чужак
Крутильщик сделал два шага назад:
– Я понимаю ваши эмоции. Они, конечно, обычны. Призываю вас обучаться, а не ограничиваться одними лишь проявлениями чувств.
– Легко тебе сказать, – огрызнулась Вивьен, указав на Зои. – Ваше зверье только что погубило одну из наших без всякой причины.
– Не зверье. Это глорианцы, вид, наделенный некоторым интеллектом. Они ведут животный образ жизни по собственному предпочтению. Перешли к нему после долгой эры, в течение которой помогали в строительстве того, что вы зовете… – жест двумя руками, – Паутиной. Не было пауков до настоящего времени. Теперь вы привезли.
Бет помогала Клиффу подняться. Крутильщик вышиб из него дух.
– Каковы же теперь их задачи? – спросила она.
– Их задачи – находить пищу. Радость черпать в охоте стаей.
Бет покачала головой. Отвлекла внимание отряда, попросив отнести труп Зои подальше от зигзагообразных деревьев, где, как подозревала Бет, всё еще скрывались нападавшие кенгуроиды. Коротко, резко поговорила с Крутильщиком, добившись от него подтверждения, что кенгуроиды больше атаковать не станут.
– Мы сами похороним свою мертвую. Вы присматривайте за местностью, чтобы еще какие-нибудь гребаные хищники к нам не полезли. Хорошо?
Крутильщик дал согласие, и Бет ушла вместе с остальными. Лучше было не затягивать с погребением.
Двое мертвецов за два дня. Потери бóльшие, чем за всё время, проведенное отрядом Бет в Чаше. Всё намного хуже.
Пока команда копала могилу выдвижными лопатами, Бет говорила. Говорила с Клиффом, Эшли и Вивьен, обсуждала дальнейшие действия. В продолжение похорон она размышляла. Или пыталась. Слова не шли с языка. Погребальные речи неизбежно унылы. Особенно если с погибшей едва знакома.
