Вид открывался шикарный. Они шли по берегу журчащей пенистой речки: сбегая по крутому склону, поток издавал мелодичное бульканье. Подниматься нужно было по листам каменной породы, в пронизанном жужжанием мошкары тепле длинных и знойных даже на такой высоте дней Чести. Эскадроны насекомых испускали мерное гудение, похожее на исполняемый фоном гимн или шелест от вдуваемого в ухо дыма.
Клифф вдыхал влажный воздух и вспоминал, что на Земле пустынные растения защищаются от зноя, закрывая на день тычинки. А ночью распускаются вновь. Это позволяет вобрать побольше углекислого газа и испарить поменьше влаги. Здесь, на Чести, дни длинные, но в воздухе явно хватает воды для растительного обмена веществ и производства кислорода. Значит, влажность высокая. Отсюда и мощные бури, и плотный ароматный воздух, и бурные реки, которые приходилось перелетать или переходить вброд; и мгла оттенка слоновой кости, поднимавшаяся с голой земли и полностью закрывающая даже низкие впадины.
Он задумался, не обусловливает ли каким-то образом влагосодержание на большой высоте переливчатые песни взлетающих птиц. На каменистом склоне команда заметила нечто вроде конечностей или отростков лишайника, а это оказались небольшие зверьки, искусные в маскировке. При внимательном осмотре выяснилось, что это даже не животные, а растения, которые, однако, отдергивались, стоило приблизить к ним руку: их будто пугало столь бесцеремонное вторжение. Бет зачарованно склонилась над подвижной моховой кочкой, пока остальной отряд двинулся выше по склону.
Они почти добрались до вздымающегося края большой серой плиты, когда на Клиффа накатила сложноописуемая дрожь. Он зашатался. Каменные стыки словно бы начали флуоресцировать, источая оранжевое, красное и голубое сияние, такое яркое, что его можно было наблюдать при дневном свете. Притяжение негромко шепчущей магнитной текстуры стало покалывать подошвы ботинок, словно тоненькими шипами.
Бет спросила напряженным голосом:
– Что происходит?
– Просто голова закружилась на секунду, – ответил Клифф.
Но ощущение не пропадало.
– Гм. У меня… тоже.
Члены команды возбужденно загалдели. Они тоже почувствовали это. Даже Бемор распростер лапы, покрепче хватаясь за скалу. Эшли Траст вытащил оружие и принялся настороженно озираться.
Они придвинулись плотнее друг к другу и продолжили путь. Переговаривались вполголоса, делая долгие вздохи в сухой разреженной атмосфере. Не привело ли их упрямство к тому, что даже камни ушли из-под ног? Смерти коллег оказывали гнетущее воздействие, вдобавок Бемора с собой тащить было нелегкой задачей. Волнение группы не укрылось от Клиффа. Вивьен замыкала построение слева, глаза ее были затуманены. Клифф же выпятил подбородок и прищурился, глядя вдаль. Напряжение непривычной среды.
Каньоны рассекали камень, словно ножевые раны серую плоть. Опустив голову, чувствуя жужжание в черепе, Клифф изучал скальную породу под ботинками. Пока он поднимался по склону, странные грезы, точно суккуленты, коварно заползали в его разум. Безмолвные пассажи бесцеремонно запархивали в голову, оставались там на гнездовье и снова невозмутимо улетали. Вместе с мерцанием и всплесками доносился негромкий вкрадчивый шепоток. Смыслы таились сразу под серыми зернистыми поверхностями. Песок рассказывал свои истории возносящимся колоннам воздуха. Выходы кристаллических пород отмечали кипение чего-то вроде континентальной магмы где-то глубоко внизу. Искрящийся дождь прилетал на крыльях бриза и тонул в раскрывающейся, точно на шарнире, пропасти под ногами. Яростная радужная арка соединяла мостом каменные карнизы. Он моргнул.
– Что… происходит?.. – насилу выговорила Бет.
Он с натугой повернулся в ее сторону. Весь отряд растянулся по каменистому склону. До некоторых, по впечатлению, было метров сто. Все двигались медленно, будто под водой. Клифф тоже. У подножия, в дымке, все так же мельтешила зеленая долина. Две разные шкалы времени?
Он ощутил шелест под ногами. Камень замерцал и сотрясся. Внизу, в скальной толще, двигался его теневой двойник, но не поднимался к зернистой каменной поверхности, а, наоборот, уходил глубже. Перемещался в пределах скалы. Что-то вроде колоссального ската с руками: существо скользило в темных подповерхностных водах, бурлящих активностью. Клифф нагнулся и постучал по поверхности иллюзорного моря. Он услышал звук:
– Это место… живое, – выговорила Бет.
Голос ее показался монотонным, удопплеренным.
Он попытался подпрыгнуть, посмотреть, переместится ли темная личность внизу. Она приобретала всё большее сходство с ним самим: теневое зеркальное отражение вглядывалось в него снизу вверх. Он закряхтел, поднатужился…
