Глориаль полностью

– В вашем языке имеются лишь банальности для описания великолепия, расположенного у нас под ногами. Придется мне переформулировать так: для размещения ослабленных, но неповрежденных разумов требуется компактное и долговечное хранилище данных. – Два последних слова Крутильщик сопроводил пренебрежительным фырканьем. – Представьте его себе более устойчивой к превратностям окружающей среды версией ваших компьютерных чипов. Хранилищами данных отчасти выступают разумы, пришедшие прежде, – те, кто до сих пор задерживается в нашем присутствии и воплощает наши кладовые знаний. Таким образом возникает знающая скала.

– И она желает познакомиться с нами? – спросил Клифф.

– Именно так. Позволим же ей проинспектировать вас всех. – И Крутильщик просто ушел прочь, оставив гостей в заточении, словно насекомых в коллекции.

Клифф стал, раздраженно пыхтя, вглядываться в скальные недра. Разумный камень, способный прочувствовать органических существ. Имеет ли это вообще какой-то смысл?

Теперь фигура поднялась выше к поверхности: черный бархатный занавес раскручивался, точно желая облечь Клиффа. Оставалось непонятным, каким образом это видение высасывает из камня любые проблески света. Пятнистая скала казалась теперь прослоенной кристаллическими пластинами. В воздухе стало ощутимо теплее.

Клифф огляделся. Отряд находился теперь словно бы на подвижном, тянущемся кверху склоне, камни раскачивались от напряжения. Сияющие колонны цвета слоновой кости восстали вдоль всей скалы, простерлись к небу, будто желая накалить его. Кто-то бессильно припадал к земле.

– Держитесь на ногах! – призвал Клифф.

Бет пыталась подбодрить тех, кто двигался ниже по склону, чтобы формация не сбилась. Ей удалось поднять ногу и утвердить ее на новом месте. Потом она замерла.

Продолжая вглядываться вниз, Клифф замечал туловища, маленькие, напряженные, словно обладатели тел задыхались. Раздался звук, словно кто-то заскрежетал коренными зубами. Формы эти, будто неумелая пародия на людей отряда, маршировали мимо.

– Это что же, у вас так принято общаться? – требовательно справился он у скалы.

– Сиятельный камень, Инкреат, как мы его называем, – молвил вернувшийся Крутильщик, – чувствует вас, а затем передает нам советы относительно вас.

У Клиффа в голове путались разнородные мысли. Каменный интеллект допрашивал его способами, о которых человек имел лишь приблизительное понятие, но Клифф был уверен, что происходящее ему не нравится. Время растягивалось. Времени было полно.

В его ракурс обзора окружающей среды вторглись изображения. Звезды, исторгающие вспышки по ночам. Мерцающие гало и мошки, сталкивающиеся в небесах. Импульсы мерцающих волн в верхних слоях атмосферы, величественные раскаты басовых нот: война, которой он понять не мог. Дожди в оттенках черного и серого, перемежаемых редкими золотистыми каплями. Война.

Безжизненный голос Крутильщика:

– Черпайте полною горстью, пейте до дна. Инкреат рассказывает о своем прошлом.

– Дикость какая, – насилу вымолвил Клифф.

Он оглянулся на отряд, растянувшийся ныне, как показалось, на добрую сотню метров склона, и увидел шестиугольные камни, проявляющиеся из скалы с правильными промежутками. Они идеально укладывались на места: вокруг каждого человека образовалась рамка, диаметр шестиугольника составлял около метра. Никто не двигался. Казалось, что-то выкладывает на склоне горы шестиугольный узор, протягивающийся в перспективу. И люди в нем становились координатными точками.

– Всем остановиться! – призвала Бет. – Мы это переждем. Выпейте немного воды. Перекусите из встройки, если нужно. Похоже, нам придется тут подзадержаться.

Они остановились попить. Клифф созерцал смещавшиеся рисунки скальных пород. У него захватило дух, когда метрах в сорока выше по склону из камня стала подниматься крупная постройка. Башня цвета оникса. Черные ножнообразные опоры сходились в одну точку. Примерно на половине высоты башни, всё еще экструдировавшейся из сиятельного камня, продолжалось бурление и перемешивание.

Медленно, неспешно, на высоте метров пятидесяти открылось око.

Клифф понял, что это око, потому что уже видел такое прежде.

– Как у каменных форм жизни в Чаше, припоминаете? – окликнул он остальных.

Некоторые члены отряда согласно отозвались. Но голоса их были слабы.

Исполинское зияющее око имело зеленую центральную часть, похожую на радужку. Постепенно весь овал диаметром несколько метров повернулся вниз. Один глаз.

– Что…

Клифф не мог отвести взгляда от огромного зрачка в центре объекта. Чужак, казалось, смотрел прямо на людей. Глаз в камне? Глаз с хрусталиком и сетчаткой? Он такие наблюдал в Чаше, но здесь зрелище это производило почему-то куда более зловещее впечатление.

Воздух стал жарким. Ветер улегся. Долины внизу видно не было, ее затянул бурлящий серый туман.

– Каменный разум, – сказал кто-то в отряде. – Напоминает нам о своих корнях?