В ответ я лишь показательно усмехался, словно это не меня ведут под усиленной охраной, забрав при этом все вещи. К счастью, эти евнухи не осмелятся распродать их в городе и пожелают отдать их своим хозяевам, что означает одно — конечная точка назначения у нас одна. И это позволяло меньше беспокоиться по пустякам.
— Надеюсь, у тебя есть план, командир? — с мрачным спокойствием спросил Росс, шагая рядом со мной, чем заставил обратить на него внимание.
Здоровяк шел, смотря только вперед. Он был хмур, словно небо, которое затянуло тучами, но все же оставался спокойным. Не удивлюсь, если он пытался обдумать варианты, как нам свалить из-под стражи безликих. И, судя по все сильнее хмурящемуся лицу, вариантов, при которых мы могли бы выжить, он не находил.
— Расслабься, — наконец-то ответил я, стараясь говорить как можно тише, — у меня есть целых три плана.
Росс моментально повернул ко мне голову и вгляделся в мое лицо, словно пытаясь понять, вру я или нет. Но увидел он лишь мою ухмылку, больше напоминающую оскал, и глаза, полные уверенности. Это заметно успокоило здоровяка, отчего складка между его бровей разгладилась, а лицо посветлело. Будучи явно довольным, он порадовался, что ему не придется ломать голову над тем, как нам сбежать.
Вторя своим мыслям, окинул взглядом бывших наемников, чтобы увериться, что им не стоит знать о запасных «планах». Пусть лучше до последнего не знают нового предела моих сил. Хотя кому-то все же придется рассказать и показать, но пока рано об этом даже думать. Сейчас главное понять, к кому и зачем нас ведут.
Мы внезапно остановились. Отвлекшись от собственных мыслей, я оглянулся, чтобы понять, что мы добрались до одной из пирамид Астапора. И остановились мы у самого ее подножия, возле массивных врат, что вели внутрь.
Почувствовав остановку, под рубашкой завозился Антарас, отчего мне пришлось прижать его локтем и по связи передать приказ, чтобы тот сидел тихо. В ответ мне пришло чувство недовольства, которое я проигнорировал.
Пока наши конвоиры разбирались со стоящими на страже безупречными, я в очередной раз посмотрел на своих ребят. Роб, как и Росс, был хмур и заметно нервничал, но покорно оставался на месте, решив все же мне довериться. Его поведение практически полностью копировал Аммис, за исключением хмурости. Хоть он и нервничал, в его глазах можно было увидеть огоньки азарта.
Образцами же спокойствия, помимо расслабившегося Росса, стали Магок и, на удивление, Гервас. Это заставило посмотреть на него несколько иначе. Если нашего молчаливого летнийца в принципе довольно сложно встревожить или заставить нервничать, то ждать схожей реакции от паренька, что и меч-то толком держать не может, было странно. Тем не менее, мы имеем то, что имеем. Бывший гладиатор, что выжил то только по моей прихоти, был абсолютно спокоен, отчего я попервой подумал: «А он ли это?». Но мысль эта была глупой до невозможности. Поэтому наиболее вероятным вариантом был тот факт, что парнишка просто преисполнился, возможно даже думая, что смерть — не такой уж и плохой исход. Всяко лучше арены.
Словно почувствовав мой взгляд, он начал оглядываться, пока не столкнулся со мной взглядами. Улыбнувшись, я кивнул ему, стараясь всем своим видом показать уверенность. Столь простое действие возымело необходимый эффект, и теперь новичок выглядел не только спокойным, но и уверенным.
Внезапно мой взгляд зацепился за какое-то движение, и я резко перевел свое внимание на источник. Им оказался Берик, что на удивление нервничал и боялся больше остальных. Он всю дорогу судорожно осматривался, явно пытаясь найти пути отхода. Но, к его несчастью, наши конвоиры двигались слишком плотным кольцом, и сбежать у него шанса не было. По крайней мере, без моей помощи.
Хотя в один момент у него появились шансы если не сбежать, то попытаться. Безупречные сильно отвлеклись, и наш пройдоха явно посчитал, что лучшего момента не будет.
Пот стекал по его худому лицу. Он лихорадочно осматривался, готовый рвануть в любую секунду. Вот только вряд ли он успел бы уйти далеко, если я не стал бы ему помогать. Но зато, даже если он умудрился бы выжить, его поступок тут же обернется нежелательными последствиями для нас.
— Берик, — шикнул я него, когда тот хотел наконец-то рвануть.
