Гнев. Забытый род полностью

Пока вторженцы осмысливали происходящее, мои бойцы быстро оклемались и рванули к своим вещам, чтобы вооружиться. Это не заняло у них много времени, и вскоре они полукругом выстроились вокруг постамента, готовые защищаться сами и защищать меня до последнего. Невольно даже умилился действиям бойцов, еще недавно начавших сомневаться в моих решениях.

— Не знаю, что ты задумал, командир, — громко, не поворачивая головы, заговорил Росс, — но тебе лучше поторопиться.

Словно вторя его словам, стража пришла в себя и, обнажив оружие, стала медленно наступать. Хоть в их интересах было совершить стремительную атаку, чтобы смести малочисленного и слабозащищенного врага, они осторожничали. И я не мог их за это винить.

Наклонив голову и наблюдая за действиями вторженцев, я ощутил, как во мне снова начало разгораться пламя гнева. Хотя полноценным гневом это не назовешь. Скорее тлеющее раздражение, что кто-то посмел прервать меня.

Прикрыл глаза. Вдох. Выдох.

— На колени, — изменившимся голосом приказал я, резко открыв глаза и посмотрев на нарушителей.

Вторя собственным словам, обрушил на противников толику доступной мне силы, что заставило их резко застыть на месте от обрушившейся на их плечи тяжести. Слегка увеличив давление, заставил всех нарушителей с грохотом рухнуть на колени.

— Ниже, — оскалившись, приказал я, уже больше забавляясь и наслаждаясь все возрастающим чувством страха на лице бывшего «царька».

Постепенно увеличивающееся давление заставило врагов рухнуть на четвереньки и склонить свои головы. Среди этой толпы нашлась только парочка бойцов, что упрямо отказывалась склонять головы, и это вызвало у меня мимолетный интерес. Захотелось проверить, как долго они смогут сопротивляться. Но, к сожалению, они все же сдались, стоило мне еще немного увеличить напор, отчего я даже досадливо сплюнул.

— Заберите у них оружие, — отдал приказ бывшим наемникам Росс, взяв на себя роль старшего.

Я не стал их останавливать и перевел взгляд на последнее действующее лицо, что все это время молчаливо стояло в стороне. Северная воительница, чьего имени я так и не узнал, стояла, все еще закованная в цепи. Но это ей, похоже, совершенно не мешало. Либо она перестала обращать на них внимание в связи с развернувшимися тут событиями.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых читался восторг и интерес. И если второе чувство еще было хоть как-то объяснимо, то первое не поддавалось никакой логике. Увидеть восторг, вместо ожидаемого страха или хотя бы опаски, было необычно. Ведь даже Росс и Магок, кто первыми узнали о моих способностях, проявили хоть немного опасения.

«Может оно и к лучшему», — подумалось мне, когда я переключил внимание на здоровяка.

— Росс, — позвал я подчиненного и, дождавшись, пока он посмотрит на меня, продолжил, — снимите с нее цепи.

Здоровяк перевел взгляд на женщину и на секунду застыл, прежде чем спросить:

— А ключи?

Я перевел вопросительный взгляд на Шеона, которого все еще удерживал на весу за ворот его одежды. На его счастье, он все понял достаточно быстро, даже не понадобились услуги переводчика. Он трясущейся рукой указал в сторону воительницы, а если точнее, на тела, лежащие вокруг нее.

— Посмотри у ее конвоиров, — сказал я и полностью переключился на бывшего хозяина города. — Нас прервали, но, надеюсь, мне не надо повторять вопрос?

Шеон быстро покачал головой из стороны в сторону.

— Свободы, — тихо и хрипло, от того что удерживаемый мной ворот слегка сдавливал его шею, сказал мужчина.

— Чудно, — произнес я, выдавив из себя максимально добрую улыбку, на которую был способен. — В таком случае, отдай мне Перст.

Он удивленно посмотрел на меня и с сомнением перевел взгляд на все еще зажимаемый в руке символ власти — плеть с рукояткой в форме гарпии.

— Согласись, что это небольшая цена за свободу, — вкрадчиво проговорил я, чтобы подтолкнуть мужчину к нужному решению. — Толпа жалких рабов в обмен на свободу.

Рабовладелец городского масштаба все еще сомневался, и мне впору было уже просто выхватить плеть из его рук, но я желал иного. Мне хотелось, чтобы он сам отдал власть в мои руки. И так вовремя подоспевшие свидетели очень хорошо вписывались в мой план.

А тот факт, что передаст он власть под давлением, меня мало волновал. Важен сам факт передачи, а уж нужную интерпретацию событий можно будет распустить по городу с помощью слухов.

— Итак, — проговорил я, слегка встряхнув астапорца, отчего его одежда жалобно затрещала, но не порвалась.

Пара мгновений внутренней борьбы — и человек в моих руках становится уже официально бывшим хозяином города. Рука с протянутой мне плетью тому доказательство.

Взяв предложенный символ власти, я с любопытством покрутил его в руках. Нужно было проверить, будут ли слушать меня эти евнухи.

— Безупречные, — обратился я к рабам, убрав с них давление. — Встать!