Гнев. Забытый род полностью

Увидев в моих руках плеть, все воины-евнухи в тот же миг встали, прижав к груди правую руку. Послушным инструментам надо было дать приказ, который проверит их верность. И такой приказ у меня был.

— Убейте стражу, — кровожадно оскалившись, приказал я, внимательно следя за их действиями.

Рабы переглянулись между собой, после чего посмотрели на оружие, сваленное в кучу, которую охраняли мои люди. И они явно не собирались предоставлять безупречным доступ к их снаряжению, пока те не подтвердят свою верность. Видимо, понимая этот факт, воины-евнухи начали молча подходить к стражникам, чтобы одним ловким движением свернуть всем шею.

По залу разнесся хруст ломаемых костей и грохот безжизненно упавших на пол тел. Безупречные же, закончив с последним стражником, встали в строй, ожидая дальнейших указаний.

— Я сделал, что ты хотел, валириец, — подал голос Шеон, попытавшись вырваться. — Теперь отпусти меня, как и обещал.

Посмотрев на вдруг осмелевшего мужчину, я гаденько ухмыльнулся.

— Ну раз уж обеща-ал, — протянул я и полностью убрал воздействие гравитации на себя и на бывшего хозяина города.

Слегка напрягшись, я подпрыгнул в воздух. Из-за отсутствия притяжения могло показаться, что мы воспарили в воздух. Импульс, созданный прыжком, быстро поднял нас под самый потолок «тронного» зала, где я создал новую точку притяжения для себя, чтобы оставаться на месте. Рабовладелец же такой чести не удостоился и остался висеть, удерживаемый только моей рукой.

— Ч-что ты делаешь? — со страхом спросил меня «добрый господин». — Ты обещал меня отпустить! Обещал свободу. Я ведь сделал, что ты просил.

Я ответил не сразу. Посмотрев вниз, оценил высоту — метров десять. При «удачном» приземлении можно легко расшибиться.

— Я честный человек, — с легкой обидой в голосе проговорил я. — Раз обещал отпустить, то… отпускаю.

С этими словами я разжал пальцы, что все это время мертвой хваткой были сомкнуты на вороте его одежды. После чего вернул воздействие гравитации на него, даже немного больше, чем нужно. Последнее, что я успел сделать прежде, чем он с криком полетел вниз, это слегка закрутить его в воздухе.

Крик, который, казалось, слышали все в этой пирамиде, резко прервался. На его смену пришел другой звук — звук расшибающегося об пол тела.

Убрав точку притяжения, я начал плавно, практически паря, спускаться вниз, сопровождаемый шокированными взглядами. Даже мои бойцы, которые, казалось бы, успели многое повидать, явно не ожидали подобных возможностей от меня. Сейчас в «тронном» зале было только одно существо, что фонтанировало радостью и восторгом — это Антарас. Дракончик, словно дитя, радовался, что «старший» может летать, как настоящий дракон.

Опустив ноги на пол возле трупа сброшенного мной «доброго господина», я задумчиво посмотрел на получившийся результат. Бывший хозяин города неудачно приземлился головой о ступеньку постамента, что фактически раскроило его череп. Моментальная смерть.

— Ах ты, гравитация, бессердечная ты сука, — с каким-то внутренним удовлетворением проговорил я.

Антарас, явно приняв мои слова за призыв к действию, начал стремительно спускаться, чтобы, оказавшись на полу, в тот же миг вцепиться зубами в пока еще теплое тело.

Я же перевел взгляд на безупречных, что по-прежнему ждали от меня приказа. Только теперь в их глазах не было безразличия и простого желания подчиняться владельцу Перста Гарпии. Теперь в них читались зачатки фанатичного благоговения.

— Безупречные! — громко сказал я, поднимая над головой плеть. — Берите оружие. Убивайте стражу! Убивайте господ!

С этими словами я подал знак своим людям, чтобы они отошли от сваленного в кучу оружия.

— Передайте всем, — продолжил я говорить, пока рабы вооружались, — что я - Ират Рексарион, первый этого имени, истинный король Валирии — нарекаю этот город своим!

***

Спустя два месяца после захвата Астапора.

Интерлюдия. Однорукий Джон.

Неуклюжий взмах — и противник легко уклоняется от меча. В следующий миг он делает стремительный выпад, который выбивает оружие из моей руки. К моей груди приставлен клинок.

Долгий взгляд в глаза оппонента, после чего тот опускает специально затупленный для тренировки меч.

— Уже лучше, господин, — сказал мне отошедший от дел наемник, что согласился побыть моим учителем.

— Этого недостаточно, — устало проговорил я, стараясь восстановить дыхание.

В ответ мой «учитель» только пожал плечами. Я же отошел в сторону, где стояла бочка с пресной водой, чтобы обмыть тело.