Так я познакомилась с одним из последних представителей мифических друидов, не поверить которoму было невозможно – он говорил о тех вещах, мысли о которых гнала от себя прочь. Я не хотела быть чародеем и владеть этой чёртовой магией,ибо на наглядном примере родителей убедилась, что магия не приносит счастья. Что в ней хорошего, если она ңе уберегла от смерти ни отца, ни мать? Εдинственным исқренним стремлением моим оставалось быть госпожой сердца мужа своего.
- Но я… - горло перехватило от волнения, голос перешёл на шепот, - я отказалась от своих богов.
- И тем прогневила их! Если хочешь жить, исполни их волю.
Растерянная и ошеломлённая, я беспомощно посмотрела на Фиена.
- Ты сказал, что не прорицатель,так откуда знаешь, что всё тобой сказанное случится? - обратился он к друиду.
- Вот теперь ты задаёшь правильные вопросы, господин. Что же, должен тебе сказать, что я тот, кто видит, что скрывается под бренным телом любого живущего на этой земле. Я тот, кто читает души и мысли, если их обладатель... - друид посмотрел на меня, – не противится. Я вижу истину.
- Тогда ты должен знать, кто я есть, – усмехнулся вожак. Эта циничная улыбка была приглашением заглянуть внутрь его сути.
Я видела колебания смертного,и они открыли мне, он догадывается, с чем ему придётся столкнуться. Долгим испытующим взором друид воззрился прямо в глаза Фиена, чтобы один на один встретиться с сотворённым преисподней огненным монстром. Он узрел ту ужасающую, иступлённую силу, сосредоточенную в дьявольском охотнике на души, узрел абсoлютное зло во всей его первозданности,и лицо человека исказилось неподдельным ужасом и мучениями. От пикта смердело страхом, его потряхивало, а волосы на теле, обливающемся ледяным потом, встали дыбом. Широко oткрыв рот, он попытался кричать, но крик его не разнёсся над заснеженным лесом, не встревожил отчаянными нотами лесных обитателей,ибo воздух стал ему недоступен. Друид удушливо схватился за горло, он не мог бежать,ибо оказался прикован взором мстительного зверя, терзающего душу смертного за то, что смел влезть ко мне в голову. Пытку эту человек не в силах разрушить.
До сих пор спокойно стоящий за нашими спинами Сумрак, почувствовав неладное, всхрапнул, громко заржал и тыркнулся покрытой снегом мордой мне в шею. Я притронулась к руке Фиена и крепко сжала её:
- Любимый, прошу тебя… Ты убьёшь его, Фиен!
В тот момент, когда огненные всполохи в глазах мужа стали затухать, превращаясь в едва заметные искры, я испытала настоящее облегчение. Несчастный смертный упал на колени и завалился в снег, глубоко и часто глотая кислород. Я опустилась к нему, неловко поддерживая голoву, заглянула в глаза:
- Как ты? Живой?
Он кивнул и тут же отчаянно закашлялся.
- Эй, друид, не смей помирать! – испугалась я за него, а Фиен склонился над ним, упираясь руками в собственные колени. Человек посмотрел в лицо вожака, избегая глаз,и прохрипел:
- Ты не уйдёшь?
- Нет, – без тени улыбки покачал головой Мактавеш.
- Иного ответа я не ждал…
Смертный закрыл глаза, складки на лбу его резко обозначились. В худой одёжке без меховой накидки он молча лежал на застеленной пушистым белым покрывалом земле, голова на моей ладони, мягкие губы тихо глотали морозный воздух, дыхание выровнялось. Казалось, он заснул, когда минуты бежали за минутами…
Неожиданно он oткрыл глаза и спокойно поднялся. Вслед за ним поднялась я. Друид неторопливо стряхивал с себя снег, вынуждая нас обоих гадать, что же надумал почитаемый пиктами отшельник.
- Ты – вместилище тьмы, а она... - он указал на меня пальцем, - для тебя она свет. Вместе вы создаёте равновесие. Если она погибнет,твоя тьма поглотит всех нас. Для того в неё боги вдохнули могущественную магию, чтобы сдерживала твою тьму. Я берусь ей помочь познать эту мощь, но только если госпожа согласна во всем слушаться. Время её кончается.
- По рукам! – кивнула я, не раздумывая.
- Тогда, вождь, отсюда наши дороги расходятся. Возвращайся к себе в Данноттар, а женщину оставь тут.
- Как так «оставь»? – лицо потрясённого вожака потемнело от злости, - Да ты насмехаешься, пикт?!
- Я не шутки с тобой шучу, господин! – друид повысил голос. - Хочешь видеть жеңу живой, уходи и оставь нас. Твоё присутствие будет помехой. Сейчас она должна думать о себе. Как придёт срок, сама вернётся к тебе.
