- Что ещё мы можем сделать? Рвы, прилегающие к Данноттару приведены в порядок, ловушки на тварей подготовлены, кузнецы тут отлично постарались.
- Как бы мы сами в эти адовы клешни не попали, – поёжившись, проворчал старейшина Анку, представив в какое решето превратят тёмную плоть стальные копьеобразные капканы на дне замаскированных ям. В миру ничем особо не отличающийся от остальных демонов, спокойный и рассудительный, этот воин славился тем, что на ратном поле моментально превращался в необузданного дикаря. Он впадал в неистовство и в таком состоянии зачастую тяжеловесной секирой своей рубил всех напропалую, как чужих, так и своих. Чудом ему удалось не отправить кого-либо из собратьев прямиком в котёл к дьяволу, но конечностей им он пообрубал много. И что только с ним не делали, как не внушали, каким жестоким побоям и наказаниям не подвергали, все оставалось бесполезным.
- Так ты голову включай, а уж потом топором размахивай. Смотри, куда ступаешь, бешеный, – посмеялся над собратом новоиспечённый заботой вожака старейшина Молох. В своё время ему тоже перепало от Анку.
- Всё обиду греешь? – хмыкнул тот. – Да будет, кто старое помянет, тому глаз вон. Рука-то давно отросла, а ты никак не забудешь.
- Братцы, да вы полюбуйтесь, он еще и на глаз мой покушаешься! – присвистнул Молох. – Рука-то, быть может, и новая, Анку, да душа по старой ноет,и вот тут, вот тут муторно.
Круговыми движениями ладони Молох поводил по груди и скорчил при этом такое лицо, что демоны расхохотались. Иллиам стояла у окна, едва прислушиваясь к разговору тёмных, но и она, взглянув на демона, не удержалась от улыбки. Взгляд её обратился к морю. Такому же неспокойному,тёмному и холодному, как мир тёмных, откуда за их жизнями придут каратели. Внезапно дыхание её сбилось.
- Вождь! – привлекла она к cебе внимание, указывая на отвесную скалу крепости. – А здесь что предпринято для обороны?
- Здесь?.. - Мактавеш приблизился к окну и, озадаченно хмуря брови, посмотрел вниз. - Эльфийка, не пoйму, к чему ты клонишь. О нас позаботится сама стихия, для чего что-то ещё предпринимать?
- Но Квинт же с этой стороны проник в Данноттар. Тогда что помешает иным проделать тот же путь?
- Дьявол! Кажется, я нашёл полезное дело для нашего скалолаза…
Старейшины разошлись. В зале остались Φиен и Даллас. Вожак взирал на распростёртое перед ним море, в котором до сего дня видел надёжную защиту северных границ Каледонии. Но нужно смотреть правде в глаза - море не является гарантом безопасности клана там, где дело касается карателей.
- Какова, а? Всё финтифлюшки и улыбочки, шпилечки да причёсочки витиеватые, а вмиг углядела, откуда беда может нагрянуть. Вот тебе и баба! Одно слово Cam Verya, – поглядывая из оконного проёма на точёный силуэт удаляющейся женщины, Даллас поцокал языком. - Эх, советник Кемпбелл такую сучку себе отхватил, а одинёшенькой оставил! Что делать будем, господин? - воззрился демон на вожака.
Тыльной стороной ладони потирая небритую щёку, в задумчивости Мактавеш изрёк:
- Вряд ли каратели решатся здеcь осаждать Данноттар. Они не знакомы с землёй людей и чувствуют себя уверенно, лишь ступая ногами по безжизненным пескам тёмного мира. Прибой и ледяные волны охладят пыл тварей, да и скалолазы из них никудышные. Но даже если решатся, я заставлю их передумать окончательно. Сегодня же выстави часовых из демонов по всему периметру утёса через каждые тридцать шагов. Скажи, чтобы не вдаль пялились, а под ноги смотрели – вражеские лазутчики нам ни к чему. Мы должны быть уверены в надёжности нашего тыла. Передай Квинту, приказываю ему северную сторону утёса превратить в неприступную для подъёма стену. Чтобы ни один проклятый не мог на неё вскарабкаться. Все уступы до единого сбить, сточить в ноль так, чтобы ни сучка, ни задоринки для ухвата не осталось.
- Будет сделано, господин. Но взбрыкнёт же опять, чертяка. Сдаётся мне, молодой Мактавеш намеренно тебя провоцирует, Φиен.
- Допровоцируется, – сжав кулаки, повысил голос предводитель, но признался другу: – С самого начала не срослось у меня с собственным сыном, врагами становимся. А после истории в оружейной видеть его не желаю, паршивца.
- Ну, это ты брось, господин! Он тогда напуган был не меньше, чем все мы, но, если тебя интересует моё мнение… - намеренно вкрадчиво продолжил Даллас, принуждая прислушаться к его словам. – Я видел Квинта другим в лесу, когда жива была его девчонка. Смотрел на него, думал, как так вышло, что весь в тебя пошёл, и завидовал…
- Завидовал?
- Было дело, завидовал тебе, да и сейчас имеется, врать не стану. Вождь, тебе бы к нему не с угрозами, а с пониманием, а у вас что? Οн сопротивляется, а ты его, как кутёнка, мордой в грязь да кулаками.
- Учить меня собрался? Он не девка, чтоб сопли ему подтирать, он мужик!
Даллас знал, где стоит отступить, а потому убеждать больше не стал.
- Ну, дело твоё вoждь. Вoзможно, оно и к лучшему, что Лайнеф нет в Данноттаре - ни к чему ей видеть, как вы готовы поубивать друг друга. Я, правда, удивлён, что ты её отпустил, никогда за тобой такого не водилось, но…
