Той ночью священник почти не смыкал глаз, и новый день принес с собой не меньше забот. Утром мы отправились на ферму к Мериллам, где лежал при смерти Джейкоб. Брэнд, живший у Мериллов с тех пор, как они с Мэгги Кэнтвелл возвратились в деревню, отвел пятилетнего Сэта в овчарню – помогать по хозяйству, а также чтобы мальчик не смотрел на страдания отца. Черити, денно и нощно трудившаяся так, как не должна трудиться ни одна десятилетняя девочка, уснула на тюфяке в углу. Пока я стряпала овсяные лепешки детям на ужин, мистер Момпельон тихо беседовал с Джейкобом. Он справился у фермера, не желает ли тот что-нибудь сказать, пока его разум не затуманился, или о чем-нибудь распорядиться.
Лицо Мерилла пылало, каждый вдох давался ему с великим трудом.
– Ваше преподобие, я знаю, негоже бояться смерти, однако ж я ее боюсь. Боюсь, потому что грешил. Жена моя, Моди, вот уже шесть лет покоится в могиле… Я грешил против нее и страшусь наказания…
Придя в сильное волнение, Джейкоб приподнялся в постели, но тотчас зашелся кашлем. Мистер Момпельон помог бедолаге сесть и, приобняв его, уложил его голову себе на плечо, чтобы тот откашлялся. Казалось, священник даже не заметил плевков и харчков на своем сюртуке. Когда приступ прошел, он уложил Джейкоба обратно. Я принесла холодной воды, и, приподняв голову Мерилла, мистер Момпельон приставил кружку к его губам.
Сделав глоток, Джейкоб поморщился от боли.
– Ваше преподобие, вы не знали Моди, ведь она померла, сразу как появился Сэт, а вас тогда еще с нами не было. Моди была славная женщина, славная. Но я ее ни во что не ставил. Заставлял трудиться без продыху, даже когда она была на сносях. Не привечал ни единым ласковым словом, не думал о том, как ей тяжело. Вместо этого я сваливал на нее всю работу, а сам шел в трактир и растрачивал вырученные ею деньги на эль бабенкам, пускавшим меня в свою постель. И когда Господь забрал ее у меня, я знал, что его прогневило мое небрежение. И что я это заслужил. Но теперь, коли он заберет и меня тоже, он накажет не меня, а моих детей. Не хочу я, чтобы Черити, как и ее мать, наспех сосватали какому-нибудь неотесанному юнцу, который еще не понимает, что такое привязанность, что такое долг… А малыш Сэт… Я не хочу, чтобы он попал в работный дом, однако кто же здесь о нем позаботится? Черити способная девочка, но не может же десятилетнее дитя растить брата и управлять фермой…
Майкл Момпельон нежно приложил свою большую ладонь к щеке Джейкоба.
– Тише, я слышу твои печали. – Голос его был кроток и ровен, размерен, как колыбельная. – И вот что я тебе скажу. Не тревожься об ошибках прошлого, которых уже не исправить. Кто дал человеку слабую плоть? Кто сотворил наши желания, наши низменные порывы и возвышенные? Разве не Господь Бог? Разве не он создатель всего? Благодаря ему мы жаждем – жаждем со времен Эдема. Когда мы оступаемся и падаем, он понимает нашу слабость. Разве не поддался соблазну великий царь Давид и разве соблазн этот не подтолкнул его к большому злу? И все же Господь любил Давида и подарил нам, через него, диво псалмов. Любит он и тебя, Джейкоб Мерилл.
Джейкоб, распростертый в постели, вздохнул и закрыл глаза, вслушиваясь в бархатный голос мистера Момпельона.
– Призвав твою жену, Господь покарал тебя, это верно, однако ее он не покарал. О нет! Он увенчал Мод Мерилл венцом праведности. Он освободил ее от трудов и тягостей. Он, Джейкоб, одарил ее безграничной любовью, столь сильной, что вся любовь, недополученная от тебя, была возмещена. Страдания жены твоей давно развеяны – развеяны и забыты. А кроме того, она видела твое раскаяние и знает твои нынешние чувства к ней, поэтому, когда вы встретитесь на небесах, вы сможете взяться за руки в безупречном союзе двух душ, каким и задумывал супружество Господь. Посему не думай больше об этом – а вернее, думай только с радостью.
Что до детей твоих, то почему бы тебе не предоставить заботу о них Всевышнему, любовь которого крепче и неизменнее? А ежели ты не веришь, взгляни: он уже о них позаботился. Разве он не прислал тебе юного Брэнда и разве ты не принял его в свой дом в час нужды? Неужели, Джейкоб, ты не видишь в этом Божьего промысла? Я вижу! Ибо теперь, когда нуждаешься ты, у тебя есть Брэнд. Славный парень, сильный духом, но оставшийся без крова. Сделай его членом своей семьи, Джейкоб, чтобы он остался в твоем доме, и ты подаришь Черити с Сэтом старшего брата, способного их опекать.
