– Не надо, я прошу вас! Вы же сканд!
– Закрой глаза, если боишься, – мерзкий шёпот Кристера коснулся уха.
В этот миг внутреннее тепло болезненно ущипнуло, вновь разгораясь. Мелькнула надежда, что лучше сгореть в нём дотла, чем терпеть хватку этих проходимцев. Она и правда крепко зажмурилась, стиснула зубы, ощущая прикосновение к шее. А потом на грудь опустилась прохладная тяжесть.
– Вот и молодец, теперь можешь присесть. – Даже из-под смежённых век Хильди уловила улыбку Эспена. Распахнув глаза, она заметила ещё и азартный блеск в его взгляде. – Ну надо же, как удивительно. – Он переводил взгляд то на её грудь, то на руку. – А знак варгов-то на месте. Нет, ты видел это?
– А то.
Державшийся сзади сканд Кристер перехватил Хильди поперёк талии и едва ли не донёс до кресла, к слову, тоже жёлтого, как и, похоже, вся мебель в этом доме. Хватка наконец разжалась, позволяя утонуть в мягкой обивке.
– Воды? Медового эля? – вежливо поинтересовался сканд Вускессен.
Хильди покачала головой, сбитая с толку:
– А?
– Что «а»? Чего ты там себе напридумывала? Думаешь, стал бы я просить Кристера посодействовать ради девки на ночь? Священные руны, ну и нравы у нынешней молодёжи!
Упомянутый Кристер осклабился, явно наслаждаясь её смятением. Эспен тоже усмехнулся:
– У меня вон служанок полно, знаешь ли. Любая согреет, стоит только приказать.
«Согреет», – повторила про себя Хильди и вдруг поняла, что её собственное тепло – то новое, поселившееся в ней сегодня, медленной струйкой утекает в железный ошейник, спускающийся на грудь.
Она подняла руки и коснулась пальцами металла, что кольцом обхватывал шею, будто чугунной оковой, а вниз от него свисали цепи, тяжело спадая на грудь. В звеньях этого громоздкого и уродливого колье даже огранённые каменья имелись, глубокого синего цвета.
«Как индиголит, что подарил Торвальд! Неужели и это сольётся с моей кожей?»
От мысли получить ещё одну магическую отметину у Хильди вырвался нервный смешок. Одно было неясно: если Торвальд как-то привязал к ней Ори для её же блага, то что нужно этим мерзавцам? Называть их скандами и относиться с почтением после такого неоднозначного приёма стало невозможным.
– Не трогай, цыпа, – предупредил, усевшись в соседнее кресло, Кристер. Он закинул ногу на ногу и отрешённо, поверх головы Хильди, уставился в окно.
Эспен же, напротив, суетился, бросал беглые взгляды то на ошейник, то на большие стеклянные часы, стоящие на столе, в которых медленно из одной чаши в другую пересыпались сверкающие розовые кристаллы.
– Долго же ты ко мне шла, Хильди, – покачал он головой, расхаживая взад-вперёд. – Я ведь давно приглашал. Могла бы жить в хорошем доме, не знать отказа в еде и нарядах. Что за упрямство?
– Это недостойно…
– Вздор! Полнейшая глупость! Ты же варг, так к чему жеманство? – Он смерил её скептическим взглядом. – Жить в халупе какой-то старухи – это, что ли, достойно, по-твоему?
Хильди молча кивнула.
– Вот дура, – донеслось из соседнего кресла.
– Кристер, полегче.
– Дура как она есть.
Поймав неодобрительный взгляд Эспена, Кристер поднялся:
– Может, дубликат тоже попробуем зарядить? Схожу принесу.
– Сначала – я, – отрезал Эспен. – К тому же артефакт не доработан, ты же знаешь последствия.
– Попробуем. Может, с этой, – он кивнул на Хильди, – получится, она же ненормальная. Нестандартная. Швахх его знает, а вдруг дело наконец выгорит. Это же такие возможности! Да вся столичная знать будет у нас в ногах ползать, умоляя прирастить им…
– Кристер! – предупредительно взмахнул рукой Эспен.
Тот выругался под нос и покинул кабинет. С его уходом даже дышать стало чуть легче, и Хильди осмелилась спросить:
– Сканд Вускессен, что происходит? Вы отпустите меня?
– Почему нет? – Он небрежно пожал плечами. – Закончим с импеллером и пожалуйста.
– Им-пе?..
«Сканд Брой из столичной управы допытывался у меня про им-пел-лер. Ох, священные руны…»
Она дёрнула рукой – хотела дотронуться до колье, но так и замерла в нерешительности.
– Давай начистоту. – Сканд Вускессен опёрся бедром на кромку стола и скрестил руки на груди. – Скажем так, у нас с тобой происходит сделка, где твоё мнение не учитывается, но будущее будет обеспечено.
– Не понимаю.
– Будешь жить в сытости и тепле. Могу даже выгодно пристроить замуж. Не за аристократа, конечно. Но ты вполне неплохо устроишься в жизни.
– А взамен?
– Я заберу твою магию.
Хильди нахмурилась и таки вцепилась в железку на шее:
– Это артефакт, да? Вы… вы…
– Выкачиваю магию, именно. Мы столько ждали, пока твой дар наконец проявит себя! Если бы этого не произошло, нам пришлось бы постараться самим его раскачать, но швахх знает, сколько времени это могло бы занять…
Тепло в груди и правда тянулось к колье, это чувствовалось всем нутром, и ощущения были не из приятных. Хильди, не успевшая ещё до конца принять и осознать заявление Ори, теперь точно уверилась: дар действительно проснулся.
– Но почему именно я?! С чего вы вообще взяли, что во мне есть магия?
– Не с чего, а с кого. Из-за Далии, конечно же.
«Далия? Он сказал – Далия?»
– Мейер? – Хильди взволнованно назвала фамилию матери.
– Она самая, знаешь ли.
