– Она не йотунша! – вскинулась Хильди.
– Ага, конечно, – буркнул Олаф, потирая затылок. – Потому и приложила меня со всей дури об пол. Ладно, я вообще не собирался за тобой в коридоры соваться, себе дороже там лишний раз бродить! Но ты так огрела меня по лицу, что все мысли из головы выбило. Вот!
Он вновь, как тогда в коридоре, скользнул рукой во внутренний карман плаща и вытащил безобидный конверт, а затем протянул его Хильди.
– Держи. Тебе записку просили передать.
Двери зимнего сада распахнулись, выпуская поток адептов и сладкий аромат цветов. А вслед за учениками вышел и сканд Штейн.
– О, Брунхильд, рад видеть в добром здравии. А то адепт Линдхольм уж очень волновался о вас. Где придорожник, кстати? – повернулся он к Олафу.
– Мне уже лучше, – буркнул тот. – Ещё раз спасибо за заботу.
– Ох, зря сняли так скоро. Нужно было ещё хотя бы несколько часов…
Хильди слышала их разговор, но в суть не вникала, ведь руки жгло полученное послание, в котором говорилось:
«Если тебе дорог брат, жду в «Птице» сегодня же. Если нет – ждать тебя будет Дэкстер. Или то, что от него останется. Решать тебе. И никаких законников».
– Да, Брунхильд?
– А? – Она перевела недоуменный взгляд на улыбающегося сканда Штейна.
– Я говорю, что лицо у вас уж больно озадаченное. Я бы даже сказал – хмурое. Если что, вы ведь помните, что надоедливым кавалерам я всегда могу задать парочку дополнительных тем для докладов.
Он снова расплылся в улыбке и взглядом указал на Олафа, ещё и бровями подвигал. Хильди потребовалась пара секунд, чтобы понять намёк – в прошлый раз этот жизнерадостный магистр с лёгкой руки нагрузил Йоргена какой-то сложной темой, которую Хильди и выговорить бы не смогла с первого раза. Но теперь всё это казалось таким неуместным, особенно улыбка и ямочки на щеках сканда Штейна.
«В Лэй! Попасть в Лэй! Сегодня же! – стучало в голове. – Теперь не только из-за Торвальда, но и из-за Дэкса. Но как?..»
– Мне нужно… нужна помощь! – внезапно решилась Хильди. – Мне необходимо в Лэй. Срочно!
Олаф удивлённо поднял брови, впрочем, и сканд Штейн воззрился на неё в недоумении.
– Я, право, не совсем понимаю суть просьбы, милая сканда Брунхильд. Если вам нужно в Лэй, то в чём же проблема? В академии есть портальные врата. О! – Магистр просиял. – Или же вы хотите, чтобы я отпросил вас с занятий?
– Нет, – вздохнула Хильди и протянула Штейну записку. – Дело неотложное, а ректор ван Саттер… он вряд ли станет…
Она замолчала, придавленная стойким ощущением, что ректор ей попросту не поверит:
«Решит, что я всё придумала, лишь бы вернуться в Лэй. Или опять скажет, что взрослые мужчины сами должны решать свои проблемы. Но Дэкс… Нет, не могу я отвернуться от него в такой час, пусть он хоть трижды паршивый брат, и всё же – брат».
Олаф тем временем беззастенчиво заглянул магистру Штейну через плечо:
– Что там? Оу, а кто такой Дэкстер?
– Мой брат. И он в беде, – раздражённо бросила Хильди, пожалев, что не дождалась ухода Олафа, прежде чем просить о помощи магистра.
– В таком случае не будем терять времени. Брунхильд, ступайте, оденьтесь потеплее. Я подожду вас у врат. – Он скорым шагом двинулся по коридору в направлении главного холла академии, туда, где располагались портальные врата. Попутно он принялся раздавать указания:
– Адепт Линдхольм, ступайте к сканду ван Саттеру и известите его о происшествии…
– Я видел, как ректор отбыл куда-то через врата, – перебил Олаф.
«Когда успел-то? Ты же сразу за мной в тайные коридоры вбежал, а я только от ректора вышла».
– Точно, врёт здоровяк, – вторил её мыслям Ори.
– Я лучше с вами пойду. Может, помогу чем.
– Не надо! – воскликнула Хильди, пытаясь выдумать какую-нибудь причину, чтобы от него отделаться.
Сканд Штейн сказал ему что-то про других магистров, но Хильди уже не слышала. Она отделилась от них у лестницы и побежала в комнату Бригитт и Юханны. Плащ, что отдал ей вчера Дэкс, одиноко висел в пустом шкафу.
Одевалась Хильди на бегу и уже через пару минут была у врат. Помимо магистра Штейна здесь по-прежнему маячил Олаф, к слову, на обоих уже были шерстяные длинные накидки.
«Вот же привязался!»
В итоге Олаф так и прошёл сквозь врата вместе с Хильди и Штейном.
На центральной площади Лэя оказалось пустынно. Не видно было даже горластых торговцев, которые обычно зазывали народ к своим лоткам.
– Вот что, адепт Линдхольм, – помедлил сканд Штейн. – Раз уж вы с нами пошли, то для вас есть дело. Отправляйтесь-ка вы в городскую управу и объясните ситуацию местным законникам.
– Нет, магистр Штейн, нельзя! – попыталась протестовать Хильди. – Вы же видели записку. Если нагрянут законники, то Дэкстеру точно не поздоровится!
– Дорогая сканда Брунхильд, я, по-вашему, похож на боевого мага? – возразил Штейн, скептически подняв брови. – Полагаете, я ворвусь в это ваше, как вы выразились, «гнездо порока и разврата», разбрасывая вокруг боевые заклятия, и повергну всех злодеев по щелчку пальцев?
– Я не знаю… не думала… – растерялась Хильди. – Но вы же магистр!
