Год порно полностью

Зимой деревья покроются льдом, воздух затянет обжигающим паром и Генри будет пьяным избивать свою однорукую музу прямо на крыльце кофейни. Она начнет бить его в ответ, и они закувыркаются, матерясь и издавая нечеловеческие звуки. Однорукая женщина окажется тяжелее и сильнее его. Они столкнут литровку пива, и коричневая жижа примерзнет по всей лестнице. Марк потратит час, чтобы отколоть ее от плитки, и на целый день возненавидит Генри. А потом один из посетителей пожалуется, что картины этого мудака, зэка, убийцы висят на стенах кофейни, в которой сидят приличные люди. Их снимут. Генри перестанет приходить. И они встретятся на улице в последний раз — Марк, Генри и однорукая муза. Те увидят Марка курящим и скажут своими беззубыми ртами, чтобы курил не взатяг, иначе зубы пожелтеют и будут плохо пахнуть. Марк даст им пару сигарет. Они вместе покурят и больше уже никогда не встретятся.

Но еще тепло. И Генри зашел в потертой кожаной куртке и выложил на стойку золотой телефон. Это было глупо, учитывая, что сразу после этого он сказал, что не сможет вернуть долг.

Ладно, я не тороплю.

Генри всосал слюну и цокнул. Потом покачал головой и сказал, что хочет вернуть долг картиной. Уверял, что она стоит больше, чем он должен. Марк отказался платить сверху, и Генри расстроился, но положил пакет с картиной на стойку.

Это моя любимая, сказал он.

Марк даже не достал ее посмотреть. Генри помялся у двери, потом махнул рукой и ушел.

Марк увидел картину только вечером. На ней была изображена девушка с сигаретой, смотрящая куда-то вдаль. Она была прекрасна. Никто бы ни за что не признал в ней однорукую женщину Генри.

Как-то вечером пришел Игорь. Событие неожиданное, потому что тот пил кофе только по утрам перед работой. Он иногда порядочно подбешивал Марка своим графиком, ведь никто больше так рано не приходил и можно было спокойно читать или спать на морозильнике. Но сегодня Игорь заехал вечером, и было интересно, что у человека могло случиться, что он изменил привычке.

Что читаешь? — сказал Игорь вместо приветствия.

Марк положил книгу обратно на стол. Видимо, кто-то ее сегодня забыл. Ведь Марк не помнил, чтобы у них лежала книга Чавайна. Он, в общем-то, даже не знал, что Чавайн был писателем, хотя и ходил мимо его памятника каждый день.

Ничего. Кто-то просто оставил.

Забывашка, значит.

Игорь улыбался, пока ждал свой заказ, переминался с ноги на ногу и, если Марку не показалось, даже что-то напевал. От непонятной радости у него изменился голос — сделался более звонким, пацанским. Ее, этой радости, было так много, что Игорь и сам хотел ею поделиться. Взяв кофе, он не пошел, как обычно, к машине, а закурил на крыльце.

Что куришь? — спросил Игорь, когда Марк к нему присоединился.

«Мальборо» красный. А вы?

«Бонд компакт».

С армии их не курил.

Игорь спросил, где служил Марк, и Марк рассказал.

А вы служили?

Афган прошел.

Игорь улыбнулся, уставился вниз и затянулся.

В Москву вот как раз еду с сослуживцами встретиться. Десять лет не виделись.

Слушайте, а как там было? В Афганистане. Нормально, что я спрашиваю?

Да как — война, сказал Игорь и рассмеялся. Страшно, конечно.

Он докурил, но вместо того чтобы уйти, достал вторую сигарету. Во время службы Игорь доставлял в части провизию. Как такового боевого опыта у него не было, но однажды их экипаж попал в засаду, и его напарник погиб. Игорь рассказывал об этом тихо, почти шепотом, и все это время на его лице держалась улыбка, от которой Марка пробирал холод.

А палец? — сказал Марк.

Че палец?

Там же, в Афгане потеряли?

Игорь рассмеялся и покачал головой. Это ему дочка в детстве случайно заехала, когда они играли. Кость зашла в кость, раздробило, и, значит, пришлось резать.

Игорь приложил сигарету к губам, постарался затянуться, но огонь уже погас. Достал зажигалку, поджег снова.

Он рассказал, как трудно было найти сослуживцев, — их раскидало по всей стране, осталось только несколько телефонных номеров. Как-то по телефонам и собрали, кто еще жив. Игорь глубоко вдохнул и улыбнулся. Он выглядел счастливым и молодым. Марк хотел ему об этом сказать, но постеснялся. Вместо этого предложил завести страницы в соцсетях. Наверняка там кто-то уже есть из его товарищей. Игорь отнекивался, но Марк убедил его попробовать. Потом помог зарегистрироваться и добавил в друзья.

Когда Игорь уехал, Марк зашел обратно и сел на диванчик. Книга лежала прямо перед ним, он взял ее и покрутил в руках. На шершавой тканевой обложке было написано «Элнет». Марк не знал, что это значит. Текст был на русском. Марк попробовал было почитать, но ощутил какое-то отторжение с первых строк, поэтому закрыл и отложил в сторону.