И тут же она открыла рот, чтобы извиниться, но её остановил его взгляд — он длился долю секунды, но его хватило, чтобы она сбилась с мысли и засомневалась, знает ли она этого человека. А в самом деле, что она знает про него? Но его большие серо-голубые глаза поменяли выражение, и это снова был добрый малый Меаллан. Он тоже собирался что-то сказать, но тут к Гертруде подлетела растрёпанная сова Мэгги и уселась перед ней на стол.
— Привет, Мерри. Что это тут у тебя?
Она сняла с лапки послание и протянула Мерри печенье: сова мгновенно распотрошила угощение клювом и улетела к столу Рейвенкло. Увидев почерк Кристины, Гертруда быстро развернула письмо и принялась читать.
«Дорогая Гертруда, время истекает, поэтому пишу кратко. Чёрный Принц с войском стоит под Пуатье, и я сегодня отправляюсь во Францию, чтобы попытаться предотвратить битву. Даже если мне это удастся, будут другие битвы — видимо, такова цена нашего мира с Англией. Если я когда-нибудь снова заговорю о глупости с тоном превосходства, напомни мне о той непростительной наивности, которую я проявила по отношению к Ордену Подвязки. Уже тогда король Эдуард знал, что вторгнется во Францию. Honi soit qui mal y pense — позор тому, кто подумает об этом плохо: это вовсе не про дурацкую подвязку, а про притязания английской короны на французский престол. Это был вызов нам, дорогая Гертруда. И что теперь с этим делать?
Возможно, ты уже думаешь о том же, о чём и я: ещё одна Конфигурация, но уже для Франции. Но вопросов тут возникает больше, чем я в состоянии найти ответов. Так что рассчитываю на помощь твоего огненного разума. А также на поддержку Этьена, Седрика, Перенель, Зореславы — всех, кто не сочтёт возможным остаться в стороне. Нам нужно сейчас объединить усилия и найти ответы на эти вопросы. Поэтому донеси до них то, что я тебе напишу сейчас. Мне стоило сказать тебе об этом в тот же день, но слишком быстро всё тогда для меня завертелось, и я не осознавала ценности каждой минуты. Так вот, неделю назад Ида Макгаффин произнесла пророчество про войну с Францией. Это случилось в присутствии Меаллана — так что попроси его сказать тебе его точный текст. Надеюсь, что мы сможем поговорить обо всём в ближайшем будущем. Мысленно с тобой,
Кристина.
P.S. И будь осторожна! По моей просьбе Эйриан вчера заглянула в хрустальный шар с целью увидеть, не угрожает ли опасность кому-либо из нас. Такой запрос был сложноват для неё, конечно, но Эйриан была полна решимости. Так вот, она ощутила тревогу в отношении тебя, Гертруда, - увидела тебя в незнакомом ей месте, без сознания, в бреду. Береги себя, будь рядом с кем-то — пусть Седрик от тебя не отходит. Обнимаю».
С отчаянной мыслью «если бы только она мне рассказала об этом раньше» Гертруда оторвала взгляд от письма и перевела его на Меаллана.
Меаллан О’Донован, утро
Я наблюдал за ней исподтишка, пока она читала письмо. Она заметно похудела за последнее время — и сейчас за завтраком ничего не ела. Но сказать об этом вслух я не решался. «Хватит уже меня опекать, Меаллан. Я разберусь сама» — эти слова прозвучали, как удары хлыста. Но я, как ни странно, был им рад. Если у меня не хватает сил или смелости сломать свои иллюзии, так пусть уж она это сделает за меня.
— Но ей же надо помочь! Особенно сейчас, разве это не очевидно? — воскликнула моя внутренняя Сестра, шагая по берегу вдоль бушующего моря.
— Как ты это предлагаешь делать — насильно? — подал тут же голос Конла Проклятый, сидящий на камне, где его периодически окатывали волны. — Может, связать и накормить, например?
— Я попытаюсь с ней поговорить, — сказал Друг Меаллан, идущий рядом с Сестрой.
— Ты пытаешься поговорить с ней ещё с декабря! — закричал Конла и подскочил, когда огромная волна нацелилась смыть его с камня. За два прыжка он добрался до ближайшей скалы и укрылся за ней.
— Мананнан, убери пока этого куда-нибудь, — взмолилась Сестра, обращаясь к морю. — Желательно на далёкие острова.
— А я что пытаюсь сделать? — ответил низкий голос волн и шторма. — Просто он увёртливый.
— Между прочим, она на нас смотрит, — прокричал из-за скалы Конла, и волна с яростью попыталась его достать оттуда, но не преуспела в этом.
Гертруда подняла глаза от письма и посмотрела на меня — совсем другим взглядом. Я подумал о том, что видел этот взгляд слишком давно — может, и вовсе только в тот первый день знакомства, когда она возникла на берегу озера в утренней дымке, как дева с Острова Яблок. А когда она в последний раз выбиралась утром на прогулку? После её возвращения с Гебридских островов это случалось ещё довольно часто, а потом в феврале — всё реже. Наверное, последний раз я видел, как она пролетала на метле над озером в день моего рождения, 29 февраля. Но она тогда не спустилась на берег. И лучше не вспоминать, как я напился тогда в одиночестве, чуть не пропустив заход солнца.
— Меаллан, Кристина мне написала про Иду, — тихо сказала Гертруда. — Когда ты сможешь мне рассказать, что произошло?
— Когда захочешь. Могу прямо сейчас. Или ты всё-таки что-то съешь?
