Утром Берна чувствовала себя отлично, несмотря на то, что проспала от силы часа три. Не поднимаясь с постели, она притянула к себе созданный ночью при помощи Геминио свиток для связи с Августой и другими посвященными в План, и деловито написала несколько фраз. Она произнесла «Вибро», с удовлетворением представляя себе, как одновременно с её пергаментом завибрировали ещё пять. Правильно, нечего спать! Сегодня нас ждут великие дела. Умывшись и приведя в себя в порядок, она убежала в теплицы профессора Спор, а после них заскочила на завтрак. Эйриан, конечно, за хаффлпаффским столом не было, а за столом Рейвенкло происходил не завтрак, а, скорее, военный совет, с Эли и Этьеном во главе. Они выстраивали какие-то сложные конструкции из посуды и печенья, явно продумывая стратегии на все случаи жизни. Сердце Берны ёкнуло, когда она увидала Мартина — он вернулся! Ещё бы он не вернулся сегодня, сказала леди Берна. Ведь есть же вещи поважнее французской конфигурации! Например, спеть в хогвартском хоре, когда он будет приветствовать молодожёнов. Мартин заметил её взгляд и улыбнулся, и Берна ответила ему тем же, а затем набросилась на еду, ощущая прилив энергии и звериного аппетита.
Переглядывания, перешептывания, перемигивания происходили за всеми столами Домов и между ними. Берна глянула на учительский стол — там тоже гудят, как улей? А там, конечно же, уже появился неизменный Киприан Йодль — кроме танцев и квиддича, он ведь ещё и брачные союзы скрепляет. Мэтр Йодль нынче превзошёл самого себя по роскошности одеяний и буйности шевелюры, отметила леди Берна. А Терция шепнула: профессор О’Донован снова молчалив. Раньше болтал с профессором Госхок постоянно, а нынче они даже не сидят рядом. Вон он, слушает рассеяно профессора Спор: она и сама скоро замуж выходит и наверняка своим коллегам выкладывает подробностей не меньше, чем Берне, когда та заходит в теплицы. И про жениха своего, господина О’Брайана, и в каком доме в Хогсмиде они будут жить, и что там нужно побелить и покрасить, и про лавку будущего супруга, и про его подходы к заготовке трав, и что именно в них нужно будет поменять. Берна глянула на профессора Госхок, которая сидела с краю стола, рядом с профессором Ягой, и молча водила ложкой по тарелке с овсянкой. Какая-то мысль мелькнула в голове Берны, но она тут же отвлеклась на возню за столом Рейвенкло: привидения Храброго сэра Робина и его менестрелей окружили Эли и пели в его честь балладу о чародее с волосатым сердцем. Это они его испытывают, или снова удар наносит тонкое гриффиндорское чувство юмора?
Покончив с едой, Берна с Августой побежали в подземелье, но не слизеринское, а хаффлпаффское. У входа их уже ждала Айлин: завидев слизеринок, она постучала по нужной бочке. Они быстро залезли в отворившийся проход и пробрались в заставленную цветами и растениями в горшках гостиную Хаффлпаффа, а оттуда — сразу в девичью спальню, поздоровавшись на бегу с Хизер и Мэгги, которые сидели на диванах в гостиной вместе с профессором Макфасти. Девушки плели венки, а профессор просто молча глядел себе под ноги. Макфасти выглядит таким напряжённым, словно это он сегодня женится, хмыкнула леди Берна. В спальне вокруг Эйриан порхали, как бабочки над цветком, Кэтрин Уайтхил и Констанция Рэбнотт, расчёсывая её светлые волосы и вплетая в них цветы. Селина Брэгг критически наблюдала за процессом, отпуская комментарии, а завидев Айлин с Августой и Берной, она велела им сделать себе венки из охапок цветов, наваленных просто на пол. На Эйриан было жёлтое платье с чёрными узорами — если студенты Хогвартса женились до окончания школы, они традиционно надевали цвета своих Домов.
— И барсука не забудьте!! — раздался скрипучий голос сверху.
От неожиданности Берна чуть не выронила из рук венок. Пивз возник над их головами, держа в руках пыльное и, судя по всему, слегка поеденное то ли молью, то ли крысами, чучело барсука.
— Без барсука — никак! — орал Пивз. — Традиция! Со времён Хельги Хаффлпафф!
— Что я должна с ним сделать, по-твоему? — поинтересовалась Эйриан.
— Я бы рекомендовал вплести в причёску, — ответил он тоном, который напомнил Берне мадам Амели из лавки в Хогсмиде. — Но на пояс прицепить тоже можно. Просто и элегантно.
Когда же от Пивза и барсука удалось избавиться, и вокруг Эйриан закончили порхать подруги, все водрузили венки на головы и вышли из спальни, представ перед профессором Макфасти. Берна отметила, что на нём парадный тартан — тоже в цветах Дома. Хизер уже была в венке, а Мэгги доплела свой и осмотрела его с сомнением на лице.
— А венок вообще обязательно надевать?
— Если не хочешь венок, то можем вернуть Пивза и предложить тебе барсука, — сказала ей Селина, и Мэгги, хмыкнув, нацепила венок на голову.
