Но Конал явно не бездействовал: его рубаха меняла очертания и увеличивалась в размере, становясь похожей на… урики-придурики, на что же это похоже? Рубахи Адама и Бэзила тоже менялись на глазах, хотя и не так быстро, как у Конала. Паруса! осознала Берна и услыхала крик Эли, развернувшегося, насколько мог, в сторону хвоста каната: «Депримо!» Ветер вырвался из его палочки и наполнил три паруса потоками воздуха. Этьен и Бен продолжали перекидываться заклинаниями с гриффиндорцами, и среди всего этого шума слух Берны уловил синхронный Вингардиум Левиоса. Отметина со стороны жениха замерла почти уже у цветка, затем рванула в обратном направлении, и под ликование зрителей товарищи жениха полетели прочь от центра поляны, словно поймали за хвост дракона. Огромный Бонифаций, напрягаясь изо всех сил, тянул канат в свою сторону, а Артур с Кольбертом пытались снять левитацию с гриффиндорцев, но ветер, вызванный Эли, оказался сильнее и дотянул всю цепочку противников до самой середины поляны, где ноги Бонифация смели на своём пути несчастный одуванчик.
Все вокруг восторженно зааплодировали, и команды разошлись, чтобы вернуть себя и свою одежду в прежний вид. Йодль тем временем поручил старостам унести канат и привести поляну в порядок перед следующим испытанием. Берна смотрела, как Мартин убирает палочкой борозды, оставленные ногами Бонифация, пока Йодль опрокидывает в себя кружку с элем, поднесённую Дороти Рассел. Он вообще будет в состоянии поженить Эли и Эйриан, когда придёт время? В смысле, если оно придёт, ухмыльнулась внутри Терция, а Берна непроизвольно погладила рукой сумку, где лежал заветный свиток.
— Второе испытание представит нам ученица из Слизерина, достопочтенная Камилла Паркинсон! — закричал с новыми силами Йодль, и Камилла, ухмыляясь, вышла вперёд с большим чёрным мешком в руках.
— Элиезер Макгаффин, — сказала она, тоже усиливая голос. — Сейчас ты должен будешь доказать, что не зря носишь килт и что в тебе течёт шотландская кровь!
— Ну, не только шотландская, — смущённо проговорил Эли.
— Мы будем проверять шотландскую, — грозно сказала Камилла и выставила вперёд руку с мешком. — Так вот, тут находится тот предмет шотландской гордости, который больше всего не любят студенты Хогвартса. Что это, по-твоему?
— Хаггис! — закричал кто-то из зрителей. — Макгаффин сейчас будет есть хаггис!
Эли задумчиво посмотрел на мешок, и Берна тоже пригляделась, отмечая, что внутри находится какой-то большой предмет странной формы. Неужели это…
— Побудочная волынка? — предположил Эли. — Вообще-то, мне её песни нравятся.
Зрители заревели, когда Камилла вытащила из мешка пузатую волынку, с торчащими из неё трубками, одна из которых явно была сработана из чистого серебра. Камилла подняла её над головой, прямо как Персей — голову Медузы Горгоны, подумалось Берне, но Терция не одобрила эту ассоциацию. Камилла тем временем продолжала.
— Каждый истинный шотландец должен уметь танцевать под звуки волынки. Вот твоё задание, Элиезер. Пока играет волынка, я и мои подруги будем показывать движения, которые кто-то из твоей команды должен немедленно повторить. Тот, кто ошибся, выбывает. Если команда замешкалась дольше, чем на восемь тактов, и никто не начал повторять, один из команды выбывает. Твоя же задача — продержаться до конца мелодии. Всё понятно?
Берна глянула на Эли и прыснула — на его лице ясно читался ужас. Также какая-то суматоха происходила в команде его товарищей — не Этьен ли это пытается позорно сбежать с поля боя? Вот и аукнется ему сейчас та Таранталлегра, которой он зачаровал Криспина! А за Камиллой уже выстраивались Эмеральдина Сэлвин, Илария Кеттриддж, Роберта Флинн, Грайне Долан и Элизабет Грин — все, как одна, с улыбками до ушей и настроенные затанцевать противников до смерти. Давно они готовили движения, интересно? Берна глянула на товарищей жениха: они и правда выходили с такими лицами, как будто им предстоит пасть в этом бою. Последним вышел Этьен, а когда он занял позицию, Камилла прикоснулась палочкой к волынке, и та плавно поднялась в воздух над их головами. Мелодия полилась сначала медленно, а потом всё быстрее, свиваясь в музыкальный узор джиги — Берна стала непроизвольно отбивать ногой ритм. Камилла ступила вперёд, подняв обе руки над головой, и приняла стойку для хайленд-флинга. И началось…
— Ущипни меня, Берна, я сплю и вижу сон, — сказала подошедшая к Берне Мэгги. — Спорим, что Этьен вылетит первым.
— Не успели, — ответила Берна, глядя, как Этьен уходит с поляны после ошибки во флинге. — Тебе придётся наложить на него Обливиатус, чтобы сей позор не мучал его до конца дней.
— Ладно, тогда спорим, что Конал продержится до конца. И Эли, конечно, тоже.
— Ставлю на Бенедикта, — послышался голос Айлин. — Он, между прочим, отлично танцует.
— Сейчас посмотрим, — сказала Берна. — Я ставлю на Адама.
